Традиции «западничества» и «славянофильства» в русской культуре

Предмет: Культурология
Тип работы: Реферат
Язык: Русский
Дата добавления: 10.01.2019

 

 

 

 

 

  • Данный тип работы не является научным трудом, не является готовой выпускной квалификационной работой!
  • Данный тип работы представляет собой готовый результат обработки, структурирования и форматирования собранной информации, предназначенной для использования в качестве источника материала для самостоятельной подготовки учебной работы.

Если вам тяжело разобраться в данной теме напишите мне в whatsapp разберём вашу тему, согласуем сроки и я вам помогу!

 

По этой ссылке вы сможете найти много готовых тем рефератов по культурологии:

 

Много готовых рефератов по культурологии

 

Посмотрите похожие темы возможно они вам могут быть полезны:

 

Диалог византийских и западноевропейских начал в русской культуре
Русская интеллигенция и духовно-интеллектуальная история русской культуры
Разночинцы в русской культуре ХIХ века
Русская культура и русские революции. Русская революция 1917 года как фактор рождения и развития мира советского и постсоветского человека


Введение:

Общество обращается к проблеме своих идеалов, когда оно не имеет четких перспектив развития, когда оно чувствует необходимость реформирования существующей системы социальных связей и отношений. Понимание социального идеала России связано с поиском перспектив и вариантов его развития в современном мире, который осуществляется в ходе изучения прошлого страны, ее теоретической мысли и практического опыта.

Каждая историческая эпоха нашей страны выдвигала определенные социальные идеалы, но XIX век дал им новое толкование. В связи с этим возникает вопрос о соотношении внутренних (традиционных) и внешних (западных) источников и влияний для понимания проблемы. Изучение социального идеала в этом направлении поможет понять истоки славянофильских и западнических взглядов, позволит осмыслить его на новом качественном уровне и наметить первоначальный вклад славянофильства и западничества в политологию, а также поможет понять многие общественно-политические процессы российского общества в середине XIX в.

Указанная проблема является неотъемлемой частью российской политической и философской мысли, и в этом отношении взгляды славянофильства и западничества, общественного движения первой половины XIX века, наиболее ярко отражающие противопоставление первоначальных устоев и западного влияния в российском обществе, представляют наибольший научный интерес.

Славянофилы и западники высказывали противоположные версии цивилизационной принадлежности России. Одна версия связывала Россию с общей европейской судьбой. Россия - это Европа, но она только отстала в развитии. За столетия иго европейского лица россиян значительно изменилось, и только Петру удалось вырвать страну из отсталости и сна, превратить ее обратно в главную дорогу европейской цивилизации. Будущее России на примере Европы, в заимствовании ее государственного, социального и технологического опыта. Русские должны, следуя примеру ведущих европейских стран, строить свою государственность, развивать парламентаризм, демократические традиции и совершенствовать культуру. Западники отводили важное место вопросу о том, что русский, наконец, должен признать себя независимым творческим человеком, который знает и уважает свои права. Славянофилы заняли противоположную позицию. У России своя судьба, свой путь в истории. Западные заказы и рецепты лечения социальных болезней ей не подходят. Россия не государственная земля, а коммунальная, семейная. В этом, прежде всего, сильны традиции коллективизма и коллективной собственности. Русский народ не претендует на государственную власть, он доверяет своему монарху, который подобен отцу в семье, его словам и волеизъявлению являются живым законом, который нельзя формализовать в виде конституций и уставов. Важную роль в жизни страны и ее народа играет православная вера. Именно она указывает россиянам на их истинную судьбу - на истинное нравственное самосовершенствование.

Проблемы «великих» дискуссий русских мыслителей о судьбе России в значительной степени созвучны современным исследованиям цивилизационного развития страны.

Изучение проблемы социального идеала России в философии славянофилов и западников связано с теоретическим анализом учений представителей общественных движений, представляющих интерес для нас в XIX веке, различными авторами. Некоторые проблемы славянофильства и западничества были рассмотрены экспертами в области философии и русской истории, литературоведами и славистами, историками религии и социологами.

Философское понимание проблемы социального идеала России нашло отражение в работе «Западничество в России», Н.Я.Данилевский в своем оправдании славянского единства и братства.

B.C.Соловьев, изучая славянофильские взгляды на идеальную структуру российского общества, критиковал их за идеализацию страны прошлого. Он считал, что необходимо определить условия и способы сближения с заявленными идеалами. В то же время, несмотря на критическое отношение к славянофильским взглядам, B.C.Соловьев признал их различие между социальным идеалом и государственностью справедливым.

Работа К.Д.Кавелина «Наша ментальная система» служит важнейшим источником истории русской либеральной мысли. Мыслитель разработал основные идеи западничества: свободное духовное развитие личности, взаимодействие народов.

Значительный комплекс работ А.И.Герцена, содержащий его оценку творчества новой России. В своих трудах он писал, что высшая ценность, которой он никогда не пожертвует, - это человеческое достоинство и свобода слова для него. Идея свободы и достоинства личности является фундаментальным постулатом классического западничества. Это дает основание привлекать произведения Герцена, созданные за годы эмиграции, к пониманию западнической концепции модернизации России.

Западничество и славянофильство как два направления русской общественной мысли в первой половине XIX в.

Происхождение западничества в России

Западничество, как и славянофильство, возникло на рубеже 30 - 40-х годов XIX века. Его представляли «обе столицы» - Москва и Санкт-Петербург. Московский кружок западников сформировался в спорах со славянофилами в 1841 - 1842 гг. В Петербурге было мало представителей западничества, и какого-либо устоявшегося круга единомышленников не было.

Историко-культурными условиями формирования западного движения были:

  • изменение ориентации русского движения со времен петровских реформ; 
  • модернизация общества под влиянием западного опыта; 
  • формирование «русского европеизма» - новой культуры образованного общества, синтезирующей элементы социального и духовного опыта России и Европы; 
  • распад и трансформация общества, что привело к конфликту культур разных социальных слоев; 
  • формирование интеллигенции и ее обсуждение проблемы идеологических и аксиологических основ движения общества, ее идентификации и направлений развития; 
  • различия в ценностных ориентациях социальных слоев, которые определили расхождения во взглядах на процесс модернизации в стране; 
  • развитие русской мысли и литературы, ставящих человека в центр его внимания; 
  • обширные культурные контакты с Западом, что открывало возможность воспринимать элементы культуры «другого».       

Становление западничества и славянофильства ознаменовало собой начало обострения идеологических споров после публикации в 1836 году философского письма Чаадаева. К 1839 году были сформированы взгляды славянофилов, примерно к 1841 году - взгляды западников. Социально-политические, философские и исторические взгляды западников, имеющие многочисленные оттенки и особенности среди отдельных западников, обычно характеризовались определенными общими чертами. Западники критиковали крепостное право и составили проект его отмены, показали преимущества наемного труда. Отмена крепостного права показалась западникам возможной и желательной только в форме реформы, проводимой правительством совместно с дворянами. Западники критиковали феодально-абсолютистскую систему царской России, противопоставляя ее буржуазно-парламентскому конституционному устройству западноевропейских монархий, прежде всего Англии и Франции. Выступая за модернизацию России в духе буржуазных стран Западной Европы, западники призывали к быстрому развитию промышленности, торговли и новых транспортных средств, прежде всего железных дорог; выступал за свободное развитие промышленности и торговли. Они надеялись достичь своих целей мирным путем, влияя на общественное мнение о царском правительстве, распространяя свои взгляды в обществе через образование и науку. Западники считали пути революции и идеи социализма неприемлемыми. Сторонники буржуазного прогресса и сторонники просвещения и реформ, западники высоко ценили Петра I и его усилия по европеизации России. В Петре I они увидели пример смелого реформатора-монарха, который открыл новые пути для исторического развития России как одной из европейских держав.

Н.В.Чаадаев обычно ссылается на ранних западников, которые продолжали размышления Чаадаева о судьбе России и методах ускорения ее развития. Станкевич, А.И.Герцен, Н.П.Огарева, В.Г.Белинский. Позднее свои представления о необходимости использования европейского опыта развили Т.Грановский, Д.И.Писарев, Н.Г.Чернышевский, К.Д.Кавелин, Б.Н.Чичерин и др.

Вообще, западничество - это особый взгляд на все, что происходит в России, это особый способ понимания мира, основанный на вере в прогресс, в том, что автор Кондора теории прогресса назвал способностью человека к постоянному совершенствованию, ограниченным только «длительностью», независимая от любых сил существования нашей планеты. Этот прогресс направлен на улучшение человеческого рода путем достижения равенства между нациями, классами, людьми и имеет своей целью создание совершенного - совершенного человека. Отсюда видение истории, характерной для западничества, как необратимого процесса, и визуальный образ исторического движения, как лестницы, ведущей к совершенствованию. Кроме того, западничество также является индивидуализмом, поскольку только индивидуум является истинным носителем ума. Но индивидуализм западников - это не эгоизм, а проблема взаимоотношений между индивид и общество решаются в пользу индивида только потому, что общество - это абстракция, которая (через познание причинно-следственных связей) должна быть организована таким образом, чтобы обеспечить индивидуальную свободу.

Просветительско-западное направление, противостоящее православно-консервативной историографии, восходит к временам Петра Великого. Пик этого направления - работы А.П.Щапова. Прежде всего, это касается его классического исследования «Социально-педагогические условия психического развития русского народа» (1870). По мнению автора, интеллектуальная жизнь России не знала «подготовительного», средневекового периода. До европеизации все в нашей стране находилось в «психическом застое». И все потому, что русский народ в интересах самосохранения веками был вынужден бороться с живой природой. Доминирование физического труда способствовало формированию особого идеального типа древнерусского человека - это не ученый, не мыслитель, а герой, рабочий, как Ермак, Хабаров и так далее. Щапов пришел к выводу, что «без возрожденного гения передовых наций наш народ со своими умственными способностями не смог бы выйти из этого застоя». Реформы Петра I были необходимы. Западное просвещение проникает в Россию, порождая особую мысль. Русская философия, не имеющая корней в прошлом, зародилась «на широкой и плодотворной почве универсального человеческого мышления, разума и науки» и представляет собой «зародыш и развитие нового европейского интеллектуального типа». Суждения Шапова нашли наиболее живой отклик в просветительско-западнической историографии, представленной такими именами, как А.И.Введенский, Е.Л.Радлов, Г.Г.Шпет. Наиболее последовательные позиции просветительского западничества были выявлены в методике В.О.Ключевского. По его мнению, история русской мысли - это вообще «история усвоения чужой мысли». Во-первых, она работала над развитием византийского материала, который не дал ей никаких положительных результатов. Примерно в XVI или XVII в. намечен поворот на запад. 

Как же тогда русская мысль приручилась к научному знанию, с какими шагами подкралась к нему? - спросил Ключевский и ответил:

  1. Первое внимание привлекли повседневные плоды знаний: технические удобства, ремесла и мастерство. Утилитарное понимание преимуществ знаний - это первый шаг.
  2. Изумление по размеру, количеству цивилизации. Первые путешественники: их сходство с паломниками. Патология.
  3. Гастрономия цивилизации, вкус личного комфорта. Ученики отправляются за границу, чтобы попробовать культуру.
  4. Знания как средство гражданского воспитания на службе государству и обществу.

Русская мысль, присоединившись к западноевропейской цивилизации, восприняла ее «за свою оригинальную и вечную модель». Она ничего не добавила к содержанию последнего, «кроме, возможно, ошибок и искажений». «Но вклад в ментальный капитал человеческого образования, - утешал Ключевский, - не ограничивается историей мысли: это также история мышления, формальное развитие народной мысли при работе над готовым иностранным материалом». Историко-философский процесс в России сводился либо к эволюции «по пути к марксизму», либо к идиллической «встрече философии и православия». В результате русская философия превратилась в сцену для идеологических декораций, которые менялись в зависимости от политической ситуации. Западники были в основном светскими людьми. В их идеях часто не было места религиозной вере и сакрализации, поскольку модель западной культуры, на модели которой они хотели построить свою собственную, казалась им довольно обыденной. Религиозная вера и сакрализация общественной жизни либо полностью отрицались (В.Г.Белинский, А.И.Герцен, Н.П.Огарев, В.П.Боткин), либо были нестабильны (среди так называемых «умеренных» представителей этого Т.Н.Грановского, П.Н.Кудрявцев, А.Д.Галахов, П.В.Анненков, К.Д.Кавелин и др.). Не соглашаясь с официальным православием, «умеренные» западники тем не менее верили в Бога и в бессмертие души. Между тем, вопреки широко распространенным предрассудкам, основоположниками западничества были не менее патриоты, чем славянофилы. Они были просто «разными» патриотами. В 1864 году Герцен ответил славянофилу Ю.Самарину таким образом на обвинения в не патриотизме: «Наша любовь (для русских людей) - это не только физиологическое чувство родоплеменного родства, основанное исключительно на случайности месторождения, это Более того, тесно связано с нашими устремлениями и идеалами, «оно оправдано верой, разумом, и поэтому оно легко для нас и совпадает с деятельностью всей жизни». В свою очередь, противостоящие «гниющему Западу», основатели «славянофильства» использовали в своих конструкциях немало своего социального и интеллектуального опыта.

В.Соловьев даже писал, что «точка зрения западников не только не исключает национальную идентичность, но, напротив, требует, чтобы эта идентичность полностью проявлялась на практике. Таким образом, западничество сформировалось в интеллектуальном пространстве Новой Эры.

Формирование и развитие взглядов славянофилов в русской политической мысли

Славянофильство как направление философской и политической мысли занимало видное место в идеологической борьбе середины XIX века. Пронизанный противоречиями, он имел как прогрессивные, так и реакционные особенности. Многие тенденции берут свое начало от славянофильства, каждая из которых взяла одну идею, довела ее до крайности и увязав с различными политическими задачами.

Славянофилы, представители одного из направлений русского общества и философской мысли 40-50-х гг. XIX в., вышедшее с обоснованием оригинального пути исторического развития России, принципиально отличного от пути западноевропейского. Своеобразие Руси, по мнению славянофилов, заключается в отсутствии в ее истории классовой борьбы, в русской земле общины и артелей, в православии как единственно истинном христианстве.

Славянофилы также видели такие же особенности развития среди иностранных славян, особенно южных, чьи симпатии были одной из причин для названия самого тренда (славянофилы). Взгляды славянофилов развивались в идеологических спорах, обостренных после публикации философского письма Чаадаева.

Сторонники славянофильства сошлись во мнении, что у России была миссия заложить основы нового общеевропейского просвещения, основанного на истинно христианских принципах, сохранившихся в лоне православия. Только Православие, по их мнению, характеризуется свободным элементом духа, стремлением к творчеству, оно лишено смирения необходимости, характерного для западноевропейского общества с его рационализмом и доминированием материальных интересов над духовными, которые в конечном итоге привело к разобщенности, индивидуализма и разрыва духа на составляющие его элементы. Своим обоснованием и развитием философские идеи славянофильства получили основные образы в работах Киреевского «О природе просвещения Европы и его отношении к просвещению России» (1852), «О необходимости и возможности новых принципов для «Философия» (1856) и Хомякова по поводу Гумбольта» (1849), по поводу статьи Киреевского «О природе просвещения Европы и его отношении к просвещению России» (1852), «Записки о мировой истории», «Письма о современной философии» (1856) и др.

Произведения славянофилов подвергались цензурным преследованиям, некоторые славянофилы находились под надзором полиции и были арестованы. У славянофилов долгое время не было постоянного печатного органа, главным образом из-за цензурных препятствий. В основном они были опубликованы в журнале «Москвитянин» опубликовал несколько сборников статей в 40-50-х гг. После некоторого смягчения цензурного притеснения славянофилы в конце 50-х годов издали журналы «Русский разговор», «Сельское благоустройство» и газеты «Молва» и «Парус». В 40–50-х годах по важнейшему вопросу пути исторического развития России славянофилы выступали против ассимиляции Россией Запада против ассимиляции Россией форм западноевропейской политической жизни. В то же время они считали необходимым развитие торговли и промышленности, акционерного и банковского дела, строительство железных дорог и использование техники в сельском хозяйстве. Славянофилы выступали за отмену крепостного права «сверху» с предоставлением земельных наделов крестьянским общинам.

Философские взгляды славянофилов были развиты в основном Хомяковым, И.В.Киреевским, а затем Самариным и являлись своеобразным религиозно-философским учением.

Взгляды основных представителей славянофильской философии Киреевского, Хомякова, К.С.Аксакова, Самарина характеризуются как минимум 3 общими чертами.

Во-первых, это учение о целостности духа. Органическое единство не только пронизывает церковь, общество и человека, но и является непременным условием познания, воспитания и практической деятельности людей. Славянофильство отрицало возможность постижения истины через индивидуальные познавательные способности человека, будь то чувства, разум или вера. Только дух в его живой целостности способен воплотить истину во всей ее полноте, только сочетание всех познавательных, эстетических, эмоциональных, моральных и религиозных способностей с обязательным участием воли и любви открывает возможность познавать мир таким, какой он есть, в его живом развитии, а не в форме абстрактных понятий или сенсорных восприятий. Более того, подлинное знание не доступно отдельному человеку, но только такой совокупности людей, которая объединена единой любовью, то есть соборным сознанием. Начало коллегиальности в философии славянофильства предстает как общий метафизический принцип бытия, хотя коллегиальность характеризует прежде всего церковный коллектив. Понятие коллегиальности приобретает широкое значение в славянофильстве, сама церковь понимается как своего рода аналог соборного общества. Соборность - это множество, объединенное силой любви в свободное и органическое единство. Только в католическом единстве личность обретает свою истинную духовную независимость. Соборность является противоположностью индивидуализма, разобщенности и отрицает подчинение какой-либо власти, включая авторитет церковных иерархов, потому что ее неотъемлемой чертой является свобода личности, ее добровольное и свободное вхождение в церковь. Поскольку истина дается только соборному сознанию, истинная вера, по мнению славянофилов, сохраняется только в народном соборном сознании. Во-вторых, славянофилы характеризуются противопоставлением внутренней свободы внешней необходимости. Все они подчеркивали примат свободы, исходящий из внутренних убеждений человека, и отмечали отрицательную роль внешних ограничений человеческой деятельности, губительного подчинения человека правилам внешних обстоятельств. Славянофильство стремилось вывести человека из господства внешних сил, навязанных извне принципами поведения, оно отстаивало такое поведение, которое было бы целиком определено внутренними, душераздирающими мотивами, духовными, а не материальными интересами, начиная с истинного воспитания и поведения не подчиняются внешней необходимости и не оправдываются ею. Человек должен руководствоваться своей совестью, а не рационалистическим определением выгоды. Справедливо подчеркивая необходимость добросовестного начала, славянофилы в то же время недооценивали необходимость правового регулирования поведения человека. В слабости внешних правовых форм и даже при полном отсутствии внешнего правопорядка в российской общественной жизни они видели скорее положительную, чем отрицательную сторону. В то же время они видели порочность западноевропейского порядка в том, что западное общество встало на путь «внешней правды, пути государства».

Третьей характерной чертой славянофильского мировоззрения была его религиозность. Славянофилы считали, что, в конечном счете, вера определяет движение истории, а быть и морали, и мышления. Поэтому идея истинной веры и истинной церкви лежит в основе всех их философских построений. Славянофилы были убеждены, что только христианское мировоззрение и православная церковь могут привести человечество на путь спасения, что все беды и все зло в человеческом обществе проистекают из того факта, что человечество отошло от истинной веры и не построило истинную церковь. Однако они не отождествляли историческую церковь, то есть настоящую русскую православную церковь, с той православной церковью, которая способна стать единой церковью всех верующих. Христианские мотивы в творчестве славянофилов оказали большое влияние на развитие русской религиозно-философской мысли.

Славянофилы опирались на идею принципиального различия между Европой и Россией: на Западе преобладает индивидуалистический принцип, в России - общинный. Они возлагали большие надежды на общественные принципы жизни людей. «Сообщество тем выше, чем истинное начало, которое больше не должно находить чего-то более высокого, чем оно самому, но должно только преуспевать, очищать и возвышать себя», потому что это «союз людей, которые отказались от своего эгоизма, которые от их личностей и показывают свое общее согласие: это действие любви, высокое действие христианства».

Славянофилы говорили: «Русские не являются европейцами, они являются носителями великой самобытной православной культуры, не менее великой, чем европейская, но из-за неблагоприятных условий исторического развития, которые еще не достигли той стадии развития, которую имеет европейская культура достиг».

Таким образом, мы видим, что развитие идей и концепций западников и славянофилов происходило под влиянием фундаментальных изменений в обществе. Выбор пути развития для России был острой и значимой проблемой для представителей этих двух движений.

Славянофилы и западники: спор о судьбе России

Взгляды славянофилов на судьбу России

Славянофильство - направление русской общественной мысли, противопоставленное западничеству. Славянофилы стояли на позициях консерватизма, выступая за сохранение самодержавия и крестьянского сообщества.

И западники, и славянофилы были горячими патриотами, твердо верившими в великое будущее своей родины, резко критиковали николаевскую Россию.

Особенно остро славянофилы и западники выступали против крепостного права. Более того, западники - Герцен, Грановский и другие подчеркивали, что крепостничество является лишь одним из проявлений произвола, который пронизывал всю жизнь России. В конце концов, «образованное меньшинство» страдало от неограниченного деспотизма, находилось также во «крепости» у власти, в автократико-бюрократической системе.

Сходясь в критике российской действительности, западники и славянофилы резко расходились в поисках путей развития страны. Славянофилы, отвергая современную им Россию, с еще большим отвращением смотрели на современную Европу. По их мнению, западный мир изжил себя и не имеет будущего.

Славянофилы защищали историческую идентичность России и выделяли ее в отдельный мир, противостоящий Западу, из-за особенностей русской истории, русской религиозности и русского стереотипа поведения. Славянофилы считали величайшей ценностью православную религию, противостоящую рационалистическому католицизму. Например, А.С.Хомяков писал, что Россия призвана стать центром мировой цивилизации, она стремится не быть самой богатой или самой могущественной страной, а стать «самой христианской из всех человеческих обществ». Славянофилы обращали особое внимание на деревню, полагая, что крестьянство несет в себе основы высокой морали, что оно еще не испорчено цивилизацией. Славянофилы в деревенской общине усматривали огромную моральную ценность, поскольку ее собрания принимали единодушные решения, а ее традиционное правосудие соответствовало обычаям и совести.

Славянофилы были сторонниками монархии, но их представления об автократической системе отличались от официальной идеологической доктрины. Это был своего рода романтический консерватизм. Они идеализировали монархические основы допетровской Руси, видя в них воплощение соборного принципа, и верили, что монарх получил власть от народа. Консолидации государственной власти должен служить союз государства и Земли (сообщества, народа). Воплощением этого союза являются земские соборы, на которых люди выражают свое мнение. Константин С.Аксаков заключил особые отношения между правительством и народом в следующей формуле: «Государству - неограниченное право на действие и закон, земле - полное право на мнение и слово».

В «отцы» славянофильства - Иван Васильевич Киреевский (1806-1856) и Алексей Степанович Хомяков (1804-1860) сделал наиболее значительный вклад в «славянофильской версии» развития Востока - Запад проблему. В своем учении проблема взаимоотношений России и Запада, поиск национальной идентичности приобрели полный историософский смысл. Первым толчком к ее обсуждению стала шокирующая оценка Чаадаевым настоящего и прошлого России по сравнению с Западом, оригинальным ответом на который стала статья И.В.Киреевского «Девятнадцатый век». В нем автор как бы подытожил достижения европейской цивилизации и поставил вопрос об отношении России к ней. В отличие от Европы, писал Киреевский, Россия не создала свою собственную цивилизацию и развивалась в отрыве от европейской. Этому способствовали различные культурные и генетические условия. Три основных элемента, как полагал мыслитель, легли в основу европейского просвещения: христианская религия, дух варварских народов, насильственно разрушающих Римскую империю, и характер образования, основанного на древней культуре. В западной цивилизации, основанной на идеях католицизма, наследие древнего Рима преобладало с его духом рационализма. Католицизм отождествлял сверхиндивидуальное религиозное сознание с сознанием духовенства и, в конечном счете, папы, для которого он признавал право менять догмы веры, освященные традицией. По этой причине церковь не только стала источником духовного образования для людей, но и получила абсолютное превосходство над политической жизнью европейских стран. Смешение двух сфер - сферы разума и светской власти со сферой духа и церковного сообщества нанесло ущерб как вере, так и разуму. Европейское образование, началом которого было возрождение древних традиций рационализма, должно было положить конец единству, которое преобладало в Европе, которое произошло в результате Реформации, которая была протестом человека против безусловного авторитет папы в вопросах веры. В результате целостность европейской цивилизации, ее духовное единство, уходящее корнями в раннее христианство, распались. Внешние светские связи стали формой европейского единства, в частности, идеология общественного договора, основанного на приоритете частных интересов изолированных лиц.

В России древнее (греческое) наследие опосредовано христианской догмой отцов церкви. Рационализму и индивидуализму западной культуры противостоит единство веры на основе любви ко Христу. Именно они позволили Православию сохранить христианскую веру в ее первоначальной чистоте. В этом Киреевский видел источник целостности и гармоничного развития духовной культуры России. Понятие святости индивидуального интереса и частной собственности является чуждым русским народом - они полностью плод индивидуализма и рационализма в европейской жизни. «В структуре российской публики личность - это первая основа, а собственность - это только ее случайное отношение», - уверен Киреевский. Основа российского управления - общинное землепользование и условная собственность на землю: дворянство - на службу царю, крестьяне - на службу дворянству. Таким образом, «общество состояло не из частной собственности, к которой были приписаны лица, а из лиц, которым была приписана собственность». Первоначальная единица общественного организма - сообщество - была основана на общей собственности на землю и на самоуправляемый мир, обеспеченный единодушием и силой традиции. Древнерусское право не знало формализованного рационализма римского права и поэтому опиралось на обычаи и убеждения.

Другими словами, противостояние между Россией и Европой, Востоком и Западом совпадает с Киреевским с противопоставлением двух типов социальных связей между индивидуумом и коллективом, в конечном счете, двумя типами в развитии цивилизации. В то же время он не сводил указанную дихотомию к геополитическому началу: принципиальное различие было замечено не между Россией и Европой, а между рационализмом, победившим в Европе, и истинным христианством, верным опекуном которого осталась Россия. На самом деле Киреевский не был склонен абсолютизировать провидение в истории, но он не отрицал роли провидения, предопределение которого предстает в облике «призвания истории», и поэтому не отрицает ответственности каждой нации за его судьба и за судьбу мира. Прогресс достигается совместными усилиями всего человечества, но у каждой нации есть свое «время» процветания. Время России только приближается, его цель в истории человечества связана с его верностью православным основам христианства, что позволит преодолеть рационалистическую однородность европейского просвещения и вернуть его к истокам истинно христианского культура. Но православное просвещение, чтобы иметь место, должно овладеть всеми достижениями развития современного мира, который является неразрывным звеном и последовательным курсом человеческого разума. Такое понимание исторической задачи России помогло ему преодолеть противоречие между положением о самобытности и отсталости России и положением о ее способности овладеть достижениями европейского просвещения и на этой основе органичным вхождением в европейскую человеческую цивилизацию. Важно отметить, что, говоря о православных принципах русской культуры, Киреевский не отождествлял их с чертами национального характера - наоборот, последние, по его мнению, формировались в соответствии с первым: верность Первоначальные христианские догмы определили те черты, которые впоследствии сформировались как национальные. «Особенностью России была та самая полнота и чистота выражения, которое христианское учение получило в ней, во всем объеме ее общественной и частной жизни».

Один из основоположников славянофильства, Хомяков (его сочинение «О старом и новом», опубликованное в 1839 году, послужило началом развития учения славянофилов), считал, что Православие призвано играть главную роль в сохранение идентичности и дальнейшее развитие российского общества. Это должно происходить на основе коллегиальности, под которой он понимал единство людей в поисках коллективного пути спасения, основанного на христианской любви. Кроме того, коллегиальность, с точки зрения Хомякова, противостоит официальной церковной казне, которая лишь отталкивает людей от искренней веры в Бога, заставляя их верить силой. «Требование веры любой полицейской службы - это не что иное, как проповедь неверия». В отличие от западных разновидностей христианства, которые основаны на принципах индивидуализма, раздробленности и атомарности личности, коллегиальность подразумевает целостность, равнодушие человеческого духа, который, однако, имеет двойственную природу. Оно включает в себя свободу, духовность (иранство) и необходимость, материальность (кушитство). Противостояние этих двух принципов, олицетворяющих Россию и Запад, лежит в основе мировой истории. Иран, по словам Хомякова, представлен русским православием, иудаизмом, кушитизмом - языческими древнегреческими и римскими религиями, католицизмом, протестантизмом. В этом разница между восточной и западной цивилизациями: обе основаны на религиозной вере, но в первом случае - православной (духовной, свободной), а во втором - католической (рациональной). Поэтому именно русский народ, благодаря православию имеющий давнюю духовную традицию, имеет все предпосылки для свободного, оригинального исторического развития, достижения органической целостности духа и жизни в целом. Однако в то же время А.С.Хомяков не был враждебен западной цивилизации. Напротив, он выступал за объединение христианских церквей на основе православной коллегиальности. И хотя Хомяков считал, что реформы Петра Великого не были «актом воли народа», он не выступал за возвращение к допетровским временам, тем не менее, полагая, что Россия не должна идти по западному пути, это уникальное, своеобразное, у него есть будущее. Религиозно-философское учение славянофилов продолжил И.В.Киреевский. Учитывая отличительные черты западной культурной традиции, рационализма и индивидуализма, он считал, что Россия не должна ориентироваться на западную модель культуры и цивилизации, а должна идти своим путем. Конечно, благодаря христианству оно остается тесно связанным с Западной Европой, оно даже заимствует определенные позитивные элементы европейской жизни - науку, просвещение, но все это не следует ставить на первый план, нарушать православную систему ценностей, сложившуюся над веками и в основе жизни русского народа. Киреевский исходит из того, что западная культура является продолжением традиций древнего Рима, характерной чертой которой было не столько внутреннее, сколько внешние правовые и формальные нормы и правила поведения, но и главный принцип - внешняя власть. Следовательно, авторитаризм (или принцип власти), по мнению И.В.Киреевского, является существенной чертой католицизма. Против последних, лидеры Реформации, напротив, создали культ атомистического индивидуализма, который, по мнению Киреевского, связан с протестантизмом. Чтобы достичь целостности духа, лежащего в основе единого существа, И.В.Киреевский пытается объединить веру и разум. Синтез разума, чувств, воли и совести создает «религиозное мышление», которое противостоит западному безбожию как следствие одностороннего развития науки. В то же время И.В.Киреевский выступал не за возвращение допетровских времен, а только за целостность православной церкви, которая была нарушена. Напротив, К.С.Аксаков верил в необходимость восстановления допетровских порядков, абсолютизировавших московскую Русь, полагая, что благодаря определенной изоляции жизни он оставался национальным и своеобразным. Однако возвращение к первоисточникам русской жизни, по мнению Аксакова, должно сочетаться с современным европейским образованием. Отвечая на обвинения в консерватизме со стороны жителей Запада, Аксаков писал: «Ложное подражательное направление не может победить истинное, естественное, здоровое стремление к идентичности и национальности». По мнению К.Аксакова, Россия - особый путь развития, в основе которого лежит специфическая система государственной власти. Его оригинальность заключается в многовековых отношениях между людьми, государством и властью. Особая роль в этом принадлежит православию. «Итак, - пишет Аксаков, - первые отношения между властью и людьми - это отношения взаимного невмешательства. Общественное мнение - это то, что люди могут и должны служить своему правительству самостоятельно, и вот живая, моральная связь, которая может и должна быть между людьми и правительством. Предоставляя стране свободу жизни и свободу духа, правительство дает свободу общественному мнению. Свобода духа больше всего и наиболее достойно выражается в свободе слова. Следовательно, свобода слова является неотъемлемым правом человека. Для правительства есть право действовать, а следовательно, и закон, для людей - право на мнение, а значит, и на слова. Отражение русского народного зрения можно видеть, в соответствии с К.С.Аксакова, в общественной жизни русского народа, их язык, песни, обычаи. Он возникает в результате освобождения от чужой власти, от подражания. Древняя русская история и современная жизнь простых людей, которые впитали в себя все по-настоящему национальное, формируя саму пластичность своеобразного русского характера, призваны помочь.

Итак, ранних славянофилов отличали: во-первых, идеализация древнерусской жизни в той или иной степени и связанная с ней патриархально-утопическая теория общества, исходя из того, что она должна строиться на основе семейных отношений, потому что ее правда Основой является семья. Во-вторых, вера, вытекающая из этой идеализации, в то, что спасение России заключается в возвращении к ее первоначальным принципам, сохраненным в народных взглядах и в повседневной жизни простых людей; Кроме того, идея о том, что все проблемы и недостатки современных славянофилов российского общества в большей или меньшей степени обязаны своим происхождением прозападным петровским реформам. В-третьих, учения славянофилов были присущи определенной системе религиозных верований, тесно связанных с социально-политическими. Славянофилы были сторонниками самодержавия как своеобразной и характерной черты российского общества, выступавшего против западного абсолютизма. Самодержавие, православная вера и национальность, которые омрачают его, - это три основы, ипостаси русской жизни, но первая в этой триаде, по мнению славянофилов, это не самодержавие, а православие. Говоря о национальности, славянофилы абсолютизировали крестьянскую общину, считая ее неизменным и вневременным образованием, то есть, по сути, неисторическим. Разница между Россией и Западом заключается в превосходстве коллективизма над индивидуализмом, в патернализме, то есть в покровительстве царского двора его кормильцу, в многоступенчатой ​​системе самоуправления и присяжных, которые существовали в Москве. Русь, которая впоследствии была отменена Петром I. Итак, православие признается всеми представителями славянофильства как основа единства народа, показатель уникальности его места в истории человечества.

Второй основой этого единства является самодержавие (монархическая власть), основанное на русской православной церкви. При самодержавии люди свободны. Славянофилы даже думали, что только при самодержавии он по-настоящему свободен. Он полностью оставлен на свое усмотрение. Он не вмешивается в области управления, но тогда правительство должно уважать его внутреннюю жизнь. «Самостоятельное отношение бессильных людей к суверенному государству, - пишет К.Аксаков, - это только одно: общественное мнение». Апология монархии, омрачено Божьей силы, слышится во многих выступлениях славянофилов. Люди любят своего царя и доверяют ему, потому что он «правитель Бога на земле», пребывает в ореоле божественной святости, а царь заботится о благополучии и процветании своего народа.

Суть монархизма, царской власти, заключается в том, что он не является популярным, высшим, «наднациональным», данным Богом и признанным людьми над собой, если он «не безбожный». «Не от людей, но от Бога благодати для народа, царская автократия».

Восстановление монархии, по мнению автора, требует восстановления «истинно христианского мировоззрения, то есть совершенно реального ощущения Божьего провидения в земных делах». Только реальные отношения с Богом способны породить и поддерживать моральный идеал, который сочетает в себе все цели и аспекты жизни. Поэтому он считает, что ни в коем случае нельзя отделять церковь от государства. Наоборот, именно церковь должна обеспечивать постоянное поддержание и уважение моральных принципов, а связь верующего с Богом излила жизненную силу в нравственные идеалы общества и личности. Именно церковь должна заниматься воспитанием граждан и быть высшим моральным авторитетом во всех вопросах. «Таким образом, - заключает автор, - не стоит и речи о восстановлении монархии, строго говоря. Возникает вопрос о восстановлении православия в будущей России. Для истинно верующего христианина монархическая форма правления воспринимается как должное. Религиозное мировоззрение нации порождает инстинктивное стремление к действительно монархической власти, и тот же инстинкт предлагает в общих чертах многие истины, необходимые для монархической структуры». Тем не менее, власть монарха возможна только с популярным признанием. Но будучи связанным с Высшей силой, он представляет не людей, а ту Высшую силу, из которой вытекает моральный идеал. Поэтому необходима вера народа, целого народа в абсолютное предназначение, верховенство нравственного идеала, вытекающего из Высшей Божественной силы. «Исходя из человеческих сфер, идеал не был бы абсолютным, исходящий не из личного источника, не может быть моральным. Таким образом, подчиняя свою жизнь нравственному идеалу, нация, по сути, хочет подчинить себя Божественному руководству, ищет высшую силу Божества».

Славянофилы считали необходимым выстроить целую стратегию дальнейшего развития России на основе и с учетом исторического опыта и традиций народа. Они неоднократно выступали против слепого, не синтетического заимствования западноевропейских моделей развития, утверждая, что у нашей Родины есть свой исторический путь, отличный от западного. На основе таких рассуждений строится вся историософия славянофильства.

Славянофилы предполагали, что человечество изначально обладало сообществом сознания, которое было потеряно из-за различных внешних факторов. По мнению славянофилов, утрата человечеством былого единства, разделение и раскол некогда некогда человеческого сообщества - фатальная тенденция в развитии истории. Основным проявлением этой тенденции является все более отчетливое изменение баланса органической целостности рационально логического и интуитивно чувственного в человеке. Утрата «целостности личности» в результате чрезмерного возвышения рационально-логического элемента повлекла за собой ограничение свободы творческого начала в человеке и увеличение значения «внешней необходимости». Такая ситуация стала возможной, прежде всего, благодаря сохранению основ истинно христианской веры в православии, что позволило нам сохранить «общество как живое единство», в котором каждый человек отказывается от своей эгоистичной изоляции, а не для взаимной выгодно, но из-за того общего принципа, который лежит в душе человека».

Однако, утверждая безопасность основ христианства, славянофилы были далеки от идеализации современной России. Более того, все они считали, что с 18 века по настоящее время (первая половина 19 века) в России влияние на жизнь людей «материальности» и «внешней необходимости». Такая ситуация стала возможной благодаря расколу российского общества, произошедшему в результате социально-экономических и культурных преобразований Петра Великого, именно с этого времени театрально-формализованное отношение к миру распространилось среди проевропейской части русского языка. В обществе появляются первые признаки рациональности и «абстрактного мышления». Все эти симптомы «европейской болезни» являются результатом неосторожного заимствования западноевропейского опыта.

Осознание славянофилами угрозы «триумфа внешней необходимости», исходящей от Европы, заставило их задуматься о месте и роли России, как и любой другой страны, в мировой истории. В решении этого вопроса славянофилы исходили из тезиса об оригинальности и уникальности исторического пути каждого народа, страны или цивилизации. Историческая идентичность народа определяется, прежде всего, его традициями и обычаями, которые вместе с общиной веры формируют характеристики поведения и восприятия мира. Взаимодействие уникальных в природе народов составляет историю человечества. Таким образом, славянофилы, размышляя о месте и роли России в мировой истории, придерживаются принципа коллегиальности, провозглашая «свободу и единство в многообразии».

А именно, исходя из такого понимания глобального исторического процесса, славянофилы считали недопустимым, что некоторые люди копируют «чужую национальную собственность», поскольку в этом случае «народ действует как подражатель и неизбежно теряет свое глобальное значение». Пока для плодотворного развития «деятельность народа должна быть независимой». История любой страны в этом смысле. Славянофилам это кажется органичным, внутренним процессом саморазвития. Нарушение органичности саморазвития приводит к трансформации или даже полной утрате национальной идентичности. Таким образом, синтез западного синтеза Петра Великого западного опыта заложил разрушительную тенденцию для России в росте «материальности и внешней необходимости». Выход из этой ситуации славянофилы видят в «осознании своей болезни» и «обращении к лучшим инстинктам русской души, облагороженной христианством». Учитывая восстановление органического развития, у России больше, чем у любой другой страны, можно привести человечество к первоначальному «сообществу», которое он потерял ранее.

Судьба России во взглядах западников

Будущее России на примере Европы, в заимствовании ее государственного, социального и технологического опыта. Русские должны, следуя примеру ведущих европейских стран, строить свою государственность, развивать парламентаризм, демократические традиции и совершенствовать культуру. Западники отводят важное место вопросу о том, что русские, наконец, должны признать себя независимым творческим человеком, который знает и уважает свои права «западников» - первоначальное прозвище противников славянофилов в спорах о судьбе России.

Яркими представителями западников являются: А.И.Герцен, В.Г.Белинский, Т.Н.Грановский, Н.Г.Чернышевский. Они активно выступали за европеизацию страны, то есть за ликвидацию феодально-феодальных отношений и развитие общества по буржуазному пути.

Русский вестернизм XIX века никогда не был однородным идеологическим курсом. Среди общественных и культурных деятелей, считавших, что единственным приемлемым и возможным вариантом развития для России был путь западноевропейской цивилизации, были люди всех убеждений: либералы, радикалы, консерваторы. На протяжении всей жизни взгляды многих из них существенно менялись. Так, ведущие славянофилы И.В.Киреевский и К.С.Аксаков в молодости разделяли западные идеалы. Многие идеи позднего Герцена явно не вписываются в традиционный комплекс западных идей. Духовная эволюция Чаадаева, конечно, одного из самых выдающихся русских западных мыслителей, также была сложной.

Сторонники идей западничества отрицали самодержавную власть и выступали за конституционно-монархическую форму правления западноевропейского стандарта, с ограниченной властью короля, с гарантиями свободы слова и печати, неприкосновенности личности, с введением общественный суд. В связи с этим их привлекла парламентская система Англии и Франции, вплоть до ее идеализации некоторыми западниками.

Как и славянофилы, западники выступали за отмену крепостного права сверху, отрицательно связанного с самодержавно-бюрократической системой николаевского царствования, но противоположность славянофилов придавала решающее значение разуму. Они защищали внутреннюю ценность человеческой личности как носителя разума, противопоставляли свою идею свободной личности славянофильской идее корпоративизма (или «коллегиальности»).

Приоритетной социальной и моральной ценностью «западников» была личность, ее освобождение от традиционного, преимущественно патриархального и средневекового, провозглашения своей свободы и самооценки. Когда мы говорим, что человек действует, думает, чувствует, мы выражаем себя абстрактно: на самом деле, единицы, люди, его составляющие действуют, чувствуют, думают. Таким образом, человек, который признает в себе свое бесконечное, безусловное достоинство, является необходимым условием для любого духовного развития людей. Это определяет закон развития нашей внутренней жизни. Оно должно было заключаться в постепенном образовании, появлении начала личности и, следовательно, в постепенном отрицании исключительно жизненной жизни, в которой личность не могла существовать. Степени развития начала личности и совпадающие с ними степени упадка исключительно родственной жизни определяют периоды и эпохи русской истории.

Можно выделить три основные идеи «западничества» 19 века. Первое из них можно резюмировать следующим образом: заявление западных людей о давнем участии России в контексте мировой, прежде всего европейской истории, зависимости ее развития от этого «контекста» и в то же время об отказе от идеи православного русского мессианизма присущи славянофилам, что явилось плодом идеализации ряда особенностей социальной и духовной жизни «допетровской Руси».

Так, например, Н.Михайловский видел особенности исторического положения России, в частности, в отсутствии здесь - даже во второй половине XIX века - «четко определенных» социальных и нравственных традиций. Говоря об «хэшах», характерных для социальной и духовной жизни России, и даже об «отсутствии истории» в ней, писал Михайловский, на Западе «история создает силу, твердость, уверенность, но, во-первых, она направляет эти силы самым разнообразным образом, и, следовательно, на чьи глаза она не всегда успешна, а во-вторых, она создает одну и ту же лужу» бремя традиции, не дающее свободу критическому духу. Отсутствие истории порождает дряблость, моральную слякоть, но если вы выделяетесь в среде, лишенной истории, человеку, одаренному инстинктом истины, то она способна на гораздо большую широту и смелость, чем европейский человек, именно потому, что там нет истории и умершего человека давление традиции. По словам Михайловского, нет никаких оснований для русского народа лелеять, к примеру,«общественные перегородки (то есть, жесткое деление на социальные классы, автор пишет), в которой наша история никогда не была создана с европейской определенностью и стабильность».

Заслуга западников заключается в том, что, в отличие от славянофилов (одним из принципов которых была мифологизированная идея сообщества как социальной «личности», где каждый человек добровольно отказывается от себя, свободно и сознательно отказывается от «своего суверенитета» в благосклонность общины, а также якобы характерная славянская (русская) основа национальной морали и - в этом отношении - апологетика православного христианства как религии, полностью соответствующей духу и душе русского народа), их приоритетной социальной и моральной ценностью был человек, его освобождение от традиционных, преимущественно патриархальных и средневековых путей, провозглашение его свободы и самооценки.

Другие выдающиеся русские мыслители придерживались аналогичного мнения. «Мы не принимаем ничего более высокого, чем человеческая личность на земном шаре», - писал Н.Г.Чернышевский, будучи убежденным (и настойчиво убеждая своих современников), что именно в России именно «необходимость индивидуальной деятельности является главной чертой современного государства». «Самым ценным активом человека является его личная независимость, его свобода», - утверждал Д.И.Писарев. «Чем более развита нация, чем полнее независимость человека и ВТО, тем больше времени, тем безопаснее один человек от посягательств другого». Сама «догма» западничества была, пожалуй, наиболее сильно выражена А.И.Герценом в следующих словах: «Свобода лица - величайшая вещь, на этом и только на нем может расти реальная воля людей. Сам по себе человек должен уважать свою свободу и уважать ее не меньше, чем в своем соседе, как и во всей нации».

Одна примечательная особенность западничества, о которой писал В.С.Соловьев, состоит в том, что западники «опирались только на тот факт, что большие преимущества не напрасны и что, когда речь идет не только о внешнем, но и о внутреннем духовном и культурном превосходстве, тогда оно может быть достигнуто только интенсивной культурной работой, при которой невозможно обойти общие базовые условия любой человеческой культуры, которые уже были развиты западным развитием».

Западники, в отличие от славянофилов, оценивали русскую идентичность как отсталость. С точки зрения западников, Россия, как и большинство других славянских народов, уже давно как бы вышла из истории. Они увидели главную заслугу Петра I в том, что он ускорил процесс перехода от отсталости к цивилизации. Петровские реформы для западников - начало вхождения России в мировую историю.

В то же время они поняли, что реформы Петра были чреваты многими издержками. Герцен видел истоки большинства самых отвратительных черт современного деспотизма в кровавом насилии, сопровождавшем реформы Петра. Западники подчеркивали, что Россия и Западная Европа идут по одному историческому пути. Поэтому Россия должна позаимствовать опыт Европы. Они видели важнейшую задачу в достижении освобождения личности и создании государства и общества, обеспечивающих эту свободу. Власть, способность стать двигателем прогресса, западники считали «образованным меньшинством».

Во многом в соответствии с западничеством сложилась традиция русского либерализма. Для либералов западники были «связаны с лучшими устремлениями времени», а западничество было «основным течением тех идей, в развитии которых было прогрессивное движение общества, которые принадлежали к самым реальным приобретениям русской общественной мысли, для которой было будущее». «Пусть их историческая судьба послужит примером для тех, кто смущен трудностями настоящего». Славянофил А.С.Хомяков протестовал против того, что западники, возводя на небеса, например, Грановского, «как русский публичный человек», стремятся придать своей партии «социальное значение, так сказать, исключительное». Попытки консерваторов придать западникам и западникам уникальную негативную окраску не выдержали испытания временем.

Первые исследовательские статьи стали появляться о западничестве. А.Григорьев приписал западничество явлению, ограниченному эпохой 30-50-х годов. Он первым отделил Чаадаева от западников 40-х годов: «Католицизм был основой Чаадаева, философия стала основой западничества». По словам Григорьева, для западников характерно отрицание возможности независимости и оригинальности народной жизни. Это отрицание является реакцией оппозиции того времени на поддельные формы, в которых была одета официальная национальность. Эта оппозиция исчезла, вытесненная «настоящими национальными формами». Из этой статьи начинает звучать тема «роспуска» западничества в движении за реформу 60-х годов, когда славянофилы «черкасские и самаринцы протянули руки западникам и пошли с ними к великой народной цели».

А.И.Герцен в своей книге «О развитии революционных идей в России» (1852) включил в революционную традицию дебаты «о московском панславизме и русском европеизме» и о том, что «европейцы не хотели менять ошейник немецкого языка», рабство православным славянам, но «они хотели освободиться от всевозможных ошейников», он видел предпосылки для распространения социалистических идей.

Вестернизм как теория науки, космополитизма и парламентаризма (в отличие от «истинно русских ценностей» - религии, национальности и самодержавия) и «как кредо не может существовать в нас: он не имеет жизненной силы, его пели давно».

В целом западничество характеризуется европейской ориентацией мышления, интересом к западноевропейской культуре, борьбой за корректировку исторического развития России и перевод ее на путь европейской цивилизации. По своей социальной ориентации жители Запада различались следующим образом: одни представляли революционно-демократическое крыло, другие принадлежали к либеральному направлению. Однако все они выступали против официальной национальности и славянофильского учения.

Таким образом, дискуссия между славянофильством и западничеством велась в общих чертах, ее участники придерживались философии, а не конкретной социологии и политики. Несмотря на многочисленные расхождения во взглядах на судьбу России и выбор пути ее дальнейшего развития, западники и славянофилы имеют общие, сходные взгляды. Славянофилы и западники тесно взаимодействовали друг с другом, и их трудно представить в изоляции друг от друга.

Заключение

Итак, западничество и славянофильство - это две противоположные, но в то же время взаимосвязанные тенденции развития русской политической и философской мысли, которые наглядно продемонстрировали самобытность и большой творческий потенциал русской политической мысли XIX века.

Дебаты западников и славянофилов стали частью истории, но их актуальность раскрывается веками. Можно найти множество источников противоречий между этими двумя философскими направлениями: возможность политического соглашения, и ход исторического развития, и положение религии в государстве, образование, ценность национального наследия и т.д. Основная причина лжи на огромной территории страны, где рождаются люди с совершенно противоположными взглядами на жизнь и на свою собственную позицию в ней.

Западники, критикуя нынешнюю ситуацию с отсталостью России, настойчиво предлагают обратить пристальное внимание на Запад, чтобы извлечь из опыта развитых стран Европы все самое ценное и, не повторяя европейских ошибок, внедрить передовые модели на российской земле. Это европейский путь развития, который западным людям кажется фундаментальным в истории человечества. Славянофилы, с другой стороны, видят историю человечества как непрерывный процесс взаимодействия народов, каждый из которых, обладая своей собственной идентичностью, образует универсальное единство во множестве. И хотя роковая историческая тенденция, по мнению славянофилов, является расколом и разобщенностью, человечество в будущем и не без помощи России вновь придет к новому «единству» и «братству».

Борьба с миром патриархата и традиций нашла отражение в политических концепциях западников: корпоративные и коллективные ценности, формализм стали объектами жесткой критики. Но чтобы критиковать, нужно как бы подняться над объектом, чтобы найти точку зрения на него. Для славянофилов такой точкой зрения для критики современности была «московская», «допетровская Русь», т.е. патриархальная и традиционная. Но западники порвали с этим миром и не приняли эту точку зрения. Запад начал играть роль этой точки зрения, что позволило подняться над существующей реальностью. Находясь как бы на позициях другой культуры, западным людям легче оценивать свои собственные, определять свои преимущества и недостатки, оценивать свое место в мире, понимать, куда движется Россия и насколько правильно направление этого движения есть. Поэтому в своих концепциях государство (его конкретное воплощение в русской истории) и петровский период также подвергались критике за их связь с патриархализмом.

Обратите внимание на сходства и различия в политических концепциях западников и славянофилов.

Западники, как и славянофилы, верили в высокую историческую миссию России, но они могли прийти к ее реализации, полагали они, только овладев и преодолев исторический опыт Европы. Быть европейцами Русские и русские европейцы - это тезис, который западные люди выдвинули для защиты необходимости исторического движения России в общем направлении западной цивилизации. Самым важным активом последних они считали «уважение к лицу». Для них человеческая личность была «выше истории, выше общества, выше человечества». Развивая этот тезис, люди Запада поднялись до самого высокого обобщения: в несвободном обществе не может быть свободного человека.

Сходство взглядов славянофилов и западников заключается в том, что они оба выступали за отмену крепостного права сверху и осуществляли ряд реформ - судебных, административных и т.д., буржуазных по природе, выступали за развитие промышленности, торговля, образование, свобода слова и печати не принимали николаевскую политическую систему.

Западничество характеризуется европейской ориентацией мышления, интересом к западноевропейской культуре, борьбой за исправление исторического развития России и перевод ее на путь европейской цивилизации. По своей социальной ориентации жители Запада различались следующим образом: одни представляли революционно-демократическое крыло, другие принадлежали к либеральному направлению. Однако все они выступали против официальной национальности и славянофильского учения. Дискуссия между славянофильством и западничеством велась в общих чертах, ее участники придерживались философии, а не конкретной социологии и политики. Славянофилы и западники тесно взаимодействовали друг с другом, и их трудно представить в изоляции друг от друга.

Проблемы «великих» дискуссий русских мыслителей о судьбе России в значительной степени созвучны современным исследованиям цивилизационного развития страны.