И.С.Тургенев «Стихотворения в прозе», тематика, основные мотивы и жанровое своеобразие

Предмет: Биография
Тип работы: Реферат
Язык: Русский
Дата добавления: 16.01.2019

 

 

 

 

 

  • Данный тип работы не является научным трудом, не является готовой выпускной квалификационной работой!
  • Данный тип работы представляет собой готовый результат обработки, структурирования и форматирования собранной информации, предназначенной для использования в качестве источника материала для самостоятельной подготовки учебной работы.

Если вам тяжело разобраться в данной теме напишите мне в whatsapp разберём вашу тему, согласуем сроки и я вам помогу!

 

По этой ссылке вы сможете найти много готовых тем рефератов по биографии:

 

Много готовых рефератов по биографии

 

Посмотрите похожие темы возможно они вам могут быть полезны:

 

Роман «Отцы и дети» И.С.Тургенева, его проблематика, идейное содержание и философский смысл. Основной конфликт романа и отражение в нем общественно-политической борьбы накануне и во время проведения реформ
Образ Базарова как «переходный тип» «человека беспокойного и тоскующего» в романе И.С.Тургенева «Отцы и дети». Полемика вокруг романа. Д.И.Писарев, М.А.Антонович и Н.Н.Страхов об «Отцах и детях»
Драма «Гроза» А.Н.Островского. Проблема личности и среды, родовой памяти и индивидуальной активности человека по отношению к нравственным законам старины
Новаторский характер драматургии А.Н.Островского. Актуальность и злободневность проблем, затронутых в его произведениях


Введение:

Любая литературная работа, которую мы взяли бы на себя, чтобы исследовать, анализировать, изучать, обязательно основывается и впитывает повседневный, культурный и литературный опыт, научные открытия предыдущих и живых поколений людей. Более того, во всех доступных текстах, как и в любой речи, используются слова «незнакомцы», ранее произнесенные кем-то и встречающиеся в других текстах и ​​речах. Мы согласны с высказыванием известного польского поэта и философа Станислава Ежи Леца, раскрывающего суть интертекстового и интертекстового диалога: «Обо всём уже сказано, но, к счастью, не обо всём подумано».

Мы считаем актуальным и перспективным проведение исследований в рамках метода межтекстового общения на примере литературных произведений, созданных одним конкретным писателем. На протяжении всего своего творчества писатель создает произведения, которые перекликаются, развиваются и являются своего рода продолжением его предыдущих творений, происходит процесс его литературного развития - духовной, литературной, человеческой эволюции.

Научная значимость исследования заключается в том, что в рамках работы обобщены основные взгляды на природу интертекста, исследован межтекстовый диалог и его функции в творчестве И.Тургенева.

Практическая значимость исследования заключается в том, что его материалы могут быть использованы при подготовке уроков по изучению творчества Тургенева в средней школе.

Предмет исследования: межтекстовый диалог в циклах И.С.Тургенева «Записки охотника» и «Стихотворения в прозе».

Объект исследования: проблема и особенности межтекстовой диалогизации в циклах И.С.Тургенева «Записки охотника» и «Стихотворения в прозе».

Цель исследования: проанализировать тексты из авторского цикла Тургенева и определить их диалогическое взаимодействие с произведениями из другого его цикла.

Задачи:

  • изучить теоретические основы межтекстового диалога;
  • исследовать понятие литературного цикла;
  • рассмотреть историю создания «Стихотворений в прозе», их оценку и интерпретацию.

«Каждый текст - это новая ткань, сотканная из старых цитат, и в этом смысле каждый текст представляет собой интертекст», поэтому в нем, в той или иной форме, на другом уровне, встречаются другие тексты. Новая работа не только поглощает предлог (чужой дискурс или культурный код), но также интерпретирует и понимает его в новой культурной ситуации. Новая талантливая работа может быть пронизана цитатами, аллюзиями и воспоминаниями, которые составляют коннотативную совокупность.

При проведении филологического анализа литературного произведения они обычно останавливаются на рассмотрении отдельных частей интертекста и некоторых интертекстовых диалогических связей. Для выполнения моей задачи необходимо провести детальный детальный анализ интертекстуальности на примере работ из серии «Записки охотника» и «Стихотворения в прозе» классика русской литературы И.С.Тургенева.

Проведение такого анализа по теории Ю.Кристевой должно отвечать двум необходимым условиям: во-первых, авторский текст должен методически рассматриваться «не как точка, а как место пересечения текстовых плоскостей, как диалог разных типов» письма - сам писатель, получатель (или персонаж) и, наконец, письмо, сформированное текущим или предыдущим культурным текстом», во-вторых, текст представляет собой динамическую систему, то есть открытую, бесконечно трансформирующуюся, с возможными многозначительными значениями.

Особенности литературного цикла

Современная литературная критика убеждена, что лирический цикл - это «не просто сумма стихов, а особое жанровое образование, которое существует по своим законам». Однако «собственные законы» цикла все еще не ясны: проблемы его генезиса, характера, времени появления, различий между лирическим циклом и другими явлениями, в число которых входит ряд поэтических текстов, не решены.

Исследователь также говорит о двух периодах понимания цикла в XX-м веке - периоде описания лирического цикла поэтами начала века и периоде ученых, занимающихся этой проблемой. 

Дарвин указывает на общие черты лирических циклов, отмеченных поэтами, создавшими их на рубеже XIX и XX веков:

  • лирический цикл - это группа текстов, композиционно определенных и составленных самим автором;
  • лирический цикл возникает «изнутри» в результате своего рода «концентрации и расширения» поэтических образов (в основном - концепции А.Белого), возникновение цикла объясняется как следствие «действия всеобщего для лирики онтологического закона»: каждое отдельное лирическое произведение может взаимодействовать с другими текстами поэта;
  • лирический цикл - это некая целостная структура, «единый концептуальный взгляд на мир», поэтому он воспринимался как «разновидность великой поэтической жанровой формы».

В этот период явление было реализовано поэтами, создавшими циклы, даны некоторые описания циклов, касающиеся работы того или иного поэта и его поэтической системы. Феномен был осмыслен изнутри и описан впервые, поэтому цикл не стал объектом научного изучения как такового.

В 1925 году «Литературная энциклопедия: словарь литературных терминов» была опубликована в двух томах. В нем впервые была записана концепция цикла, автором которой является Валентина Дынник. «Цикл (от греческого - кружок) означает применительно к литературе серию работ, связанных общим сюжетом и композицией персонажей. Цикл в той или иной форме представляет собой принадлежность как древней, так и средневековой литературы. Его можно найти как в новой литературе, так и в русской народной литературе». За определением последовала статья о цикле, в которой автор делит циклы на те, «где циклизация является результатом последующей разработки материала, уже приведенного частично», и на те, «где циклизация является реализацией основного композиционного замысла». Циклизация первого типа происходит в древней и средневековой поэзии, циклизация второго типа характерна для текстов новой литературы. В той же статье приведены примеры этих двух типов - как в прозе, так и в поэзии.

Статья Дынника, казалось бы, заложила основу для утверждения концепции и ее закрепления в словарях - явление лирического цикла реализовано, дано определение, авторские и неавторские циклы разведены. Однако литературные энциклопедии и словари не включали понятие цикла в список своих терминов вплоть до семидесятых годов XX века.

В 1975 году был опубликован восьмой том «Краткой литературной энциклопедии в девяти томах», в котором появилась эта концепция. Статья в этой энциклопедии принадлежит В.А.Сапогову, который начал свои исследования в области цикловедения в 60-х годах на основе материала поэзии Блока. Новое фиксированное определение выглядит следующим образом: «цикл (от греч. - кружок) - это группа произведений, сознательно объединенных автором в соответствии с жанром, тематическим, идеологическим принципом или общностью персонажей». Определение Сапогова уже дано непосредственно с исследовательской точки зрения, что, очевидно, предполагает авторские циклы с их особенностями возникновения и существования. Ученый говорит о цикле как о предмете исследования, давая информацию о природе цикла, о некоторых его структурных особенностях.

Цикл представляет собой новую жанровую систему, расположенную между подборкой стихов общей темы и лирической поэмой без сюжета. «Каждая работа, включенная в такой цикл, может существовать как самостоятельная художественная единица, но, будучи извлеченной из нее, она теряет часть его эстетического значения».

Главная особенность нового определения заключается в том, что намерение автора выходит на первый план - цикл рассматривается как нечто «сознательно объединенное автором». Только после появления этого определения понятие цикла стало включаться в словари, справочники и литературные энциклопедии. Этот новый период изучения цикла представлен работами В.А.Сапогова, Л.К.Димовой, Л.Е.Ляпиной. Недостаточное знание этого явления признается, главным образом, - проблемой неопределенности предмета исследования.

Уточнено понятие цикла, описаны признаки явления, исследования цикла утверждены в качестве области литературной критики. В исследовательских работах в настоящее время преобладает традиция определения лирического цикла с помощью набора функций. Л.К.Димова, выделяя обязательные особенности цикла, говорит о совместной публикации, общем названии, повторении в нескольких изданиях и дает ему следующее определение: «Лирический цикл - это совокупность отдельных поэтических текстов одного автора, объединенных общее название, стабильная повторяемость заданного набора текстов в нескольких изданиях и (или) невозможность включения отдельных текстов данного агрегата в другие устойчивые текстовые ассоциации».

Л.Е.Ляпина обозначает признаки, которые отделяют сам лирический цикл от соседних явлений:

  1. Предопределение автора композиции (на этом основании сам лирический цикл отграничивается от так называемых «несобранных циклов»).
  2. Независимость произведений, включенных в цикл (то есть каждое стихотворение может существовать вне цикла как полноценное художественное произведение, которое отличает цикл, например, от стихотворения).
  3. «Одноцентричность, центростремительная композиция» лирического цикла (каждый текст является частью целостного понятия, несущего дополнительную смысловую нагрузку в этом цикле).
  4. Лирический характер сплоченности стихов - «лирический сюжет» выражает развитие одного переживания.

Лирический принцип изображения

Ляпина также разводит две концепции: лирический цикл и лирическую циклизацию, что, на наш взгляд, очень важно, поскольку до этого момента эти термины использовались случайным образом, заменяя друг друга. Ляпина определяет циклизацию как «продуктивную тенденцию», обеспечивающую создание целостных жанровых образований - лирических циклов, а цикл - как комплекс оригинальных произведений, объединенных в общности и взаимосвязи друг с другом.

Таким образом, циклизация является тенденцией, «стремлением объединить работы по различным параметрам», а цикл является ее результатом, «обусловленным конкретными историческими причинами» и соответствующим определенным особенностям цикла.

И.В.Фоменко, по ряду признаков, определяет предмет исследования более узко: «анализируются только те циклы, которые имеют как минимум несколько содержательных и формальных признаков», и эти особенности заключаются в следующем:

  • цикл должен создаваться самим поэтом, то есть это «авторский цикл»;
  • единство этих текстов обусловлено авторским замыслом;
  • каждое стихотворение является неким продолжением, связующей частью чего-то большего;
  • автором дается название цикла, а его состав остается постоянным при переиздании.

Можно сказать, что вторая волна энтузиазма к этому явлению привела к более узкому пониманию лирического цикла, появилось определение цикла как предмета изучения в принципе, «цикл в истинном смысле слова». Приведенные выше мнения исследователей в основном согласны - цикл рассматривается как единство текстов, созданных и собранных автором с заданным составом, общим заголовком, неоднократно публикуемых в стабильной композиции. Однако единого, универсального подхода к описанию цикла не наблюдается, у нас есть только ряд фактов, отмеченных различными исследователями, которые не объединены в единую концепцию.

Структурные основы цикла остаются неясными - «циклообразующие факторы», принципы объединения текстов в циклическое образование и, главным образом, генезис лирического цикла и время его появления. Следующим шагом в изучении цикла является попытка описать природу явления.

Называя знаки цикла, И.В.Фоменко настаивает на том, что цикл - это «особая жанровая формация», возникшая в результате эволюции жанра и потребности автора «воплощать сложную систему взглядов, целостности личности, мира в система сознательно организованных стихов».

В.А.Сапогов, по существу, утверждает то же самое. Понимая природу цикла, он говорит, что его появление связано с распадом большого жанра - романтической поэмы, которая была разрушена параллельно с созданием циклических форм.

Романтическая поэма «характеризуется концентрацией действия вокруг одного героя, и чаще всего изображаются события его внутренней, духовной жизни», а ее основным конструктивным элементом является разрыв повествования и отсутствие сквозного действия, где каждый отдельный эпизод - это определенный независимый фрагмент всего текста, и эти «выдержки объединены общей эмоциональной окраской, одинаковым лирическим настроением всей работы». «Лирический элемент» романтической поэмы, по мнению исследователя, постепенно становится доминирующим и разрушает стихотворение изнутри - сюжетные связи между частями ослабевают, а впоследствии и вовсе исчезают.

Именно в этот момент, по словам Сапогова, «поэма становится все ближе и ближе к «синтетическому» жанру лирики - циклу стихов». В обеих формах преобладает субъективный, авторский принцип. И.С.Булкина придерживается той же теории, утверждая, что у истоков цикла есть «фрагментарная», «саммитная» композиция романтической поэмы. Исследователь полагает, что популярные в 30-е годы циклы путешествий («Фракийские элегии», «Письма из Болгарии» Теплякова, «Крымские сонеты» Мицкевича) являются не более чем трансформацией романтической поэмы как по составу, так и по содержанию.

Для Л.Е.Ляпиной цикл также является особым жанром, возникшим в результате последовательного развития определенных тенденций: тенденция лирической циклизации была осознана в XIX веке «в эволюции контекста от внеположного, жанрового, к индивидуально-тематическому», в процессе чего явление получило новый статус, «литературный суверенитет». Сама возможность создания этой жанровой формы была «заложена в принципиально новом отношении к личности в целом и к поэту в частности, которую принес ей романтизм» с его попыткой «создать образ мира в центре» из которых духовно богатая личность».

М.Н.Дарвин, вслед за доктором филологических наук Ляпиной, говорит, что так называемое явление циклизации возникло намного раньше цикла, который, по его мнению, появился во всех литературных традициях в эпоху романтизма. Жанрово-тематические разделы стихов в сборниках и книгах стихов поэтов до этой эпохи он обозначил именно как «феномен циклизации».

Для исследователя романтизм - это эпоха не только изменения традиционных форм, но и преемственности и заимствования. В связи с этим возникает естественный вопрос: является ли цикл образованием, сложившимся в русской культуре и сформировавшимся в период романтизма, или формой, усвоенной традицией в эту эпоху? Пытаясь ответить на вопрос, поставленный в книге «Русский лирический цикл: проблемы истории и теории», исследователь обращается к мысли символистов начала XX века: цикл - это группа стихов, в которых можно увидеть «Желание лирика воплотить целостный взгляд на мир».

М.Н.Дарвин приводит в качестве примера первую русскую поэтическую книгу полоцкого слога Симеона, построенную под девизом «Мир - книга». В этой книге, по его мнению, автор реализует свою идеологическую и философскую концепцию, строя некий «мир» («этот мир украшен - книга велика»), сознательно объединяя отдельные поэтические тексты в единство - книгу, желая выразить свое авторское мнение о «мире».

Таким образом, М.Н.Дарвин приходит к выводу, что появление цикла в русской литературной традиции является паттерном, подготовленным литературным процессом. Все вышеперечисленные исследователи так или иначе отмечают, что в процессе декомпозиции жанровой системы классицизма появляются коллекции нового типа, в которых подчеркивается поэтическая индивидуальность автора. Наиболее важным циклообразующим фактором является личностный, то есть тексты теперь сознательно сгруппированы по автору и не распределены по жанровым разделам.

Следует отметить, что научное сообщество чаще обращалось к изучению цикла на основе поэтического материала 40-60-х годов XIX века и позже. Развитие формы как таковой не прослеживается: в этих работах встречаются лишь фрагментарные ссылки на эволюцию форм.

Это, на наш взгляд, главная проблема циклических исследований, которая не позволяет полностью описать явление лирического цикла. Системный подход необходим для изучения процесса формирования интересующей нас жанровой формы на материале поэзии конца XVIII - начала XIX веков. Изучение формирования лирического цикла представляется важным на данном этапе циклических исследований. Чтобы говорить о цикле как о установленной жанровой форме, имеет смысл посмотреть, как эта форма развивалась.

Нам принципиально важно понять логику литературного развития, в процессе которого различные явления сосуществуют и последовательно влияют друг на друга. Соответственно, нельзя исключать из поля зрения литературную традицию, определяющую существование существующих явлений и появление новых. Появлению новой жанровой формы всегда предшествует развитие определенных тенденций, которые проявляются в литературном процессе. Взаимодействие этих тенденций в конечном итоге приводит к изоляции определенной формы от ряда существующих. На фоне устойчивой традиции и новаторских тенденций, характерных для определенных сегментов истории литературы, существует особая поэтическая практика, которая отражает как эту традицию, так и эти тенденции и фиксирует их.

«Стихотворения в прозе»: история создания, отношение современников, современное прочтение

Первые грубые заметки 1877-79 гг. yаходятся в одной из автографных тетрадей Тургенева. В нем они разбросаны по листам между его другими работами, написанными в основном в середине и во второй половине 1870-х годов. В этой записной книжке автор упоминает прозаические стихи как часть цикла «Posthuma» т.е. «посмертные». В названии указывается, что эти работы не предназначались для публикации при жизни автора. Последнее «стихотворение» проекта автографа было датировано ноябрем 1879 года.

С ноября 1879 года по июнь 1881 года Тургенев не написал ни одного нового стихотворения в прозе, но в это время он полностью переписывал черновики. Парижские архивы Тургенева содержат большую тетрадь, посвященную исключительно «Стихам в прозе», он содержит 83 «стихотворения», скопированные из черновиков 1877-79 гг., и 15 новых. Эта большая тетрадь была единственной полной коллекцией «Стихотворений в прозе», составленной самим автором в том порядке, который казался ему наиболее совершенным в то время.

В этой же тетради есть лист, на котором Тургенев составил список «стихов» под названием «Сюжеты». Здесь три раздела: первый, самый большой, без заголовка, второй под названием «Сны», третий «Пейзажи». Такая группировка с точки зрения сюжетов чем-то напоминает принцип циклизации «Гаспарда из тьмы» Бертраном, но Тургенев позже отверг этот принцип.

В тетради белой рукописи все прозаические стихи пронумерованы (их 83). Депутат Алексеев прав, полагая, что именно здесь Тургенев первым создал цикл. На белом автографе обычно соблюдался хронологический порядок «стихов», но в самом начале цикла были сделаны отступления, кроме того, были изменены даты некоторых стихов, расположенные как бы в хронологическом порядке. автором. И это, и комментарии автора на полях о размещении некоторых стихов в композиции всего цикла указывают на то, что Тургенев учел эстетическое восприятие всего текста будущими читателями.

В августе 1882 г. Тургенев пообещал Стасюлевичу, после его срочных просьб, передать «Стихотворения в прозе» в свой журнал. После этого обещания были записаны в тетрадь, последние три миниатюры («Житейское правило», «У-а… У-а», «Мои деревья»).

В письме Д.В.Григоровичу (3-15 декабря 1882 г.) он писал: «…я никакого выбора не делал; я только откинул все личные автобиографические факты, которые я никому не прочитал и не прочту, так как они предназначены к уничтожению вместе с моим дневником». Но если мы внимательно посмотрим на те прозаические стихи, которые не вошли в группу миниатюр, напечатанных Стасюлевичем, у нас возникнут сомнения относительно принципа сбора «стихов» для публикации, повторенного много раз после Тургенева.

Среди 31 миниатюры, обнаруженной Анри Мазоном в конце 1920-х годов, наследники П.Виардо, безусловно, имеют произведения интимного, автобиографического характера (к примеру, «Когда я один», «Куропатки», «Попался под колесо» и др.), но и среди тех, что опубликованы в «Вестнике Европы», были и такие, которые носили не менее личный характер, но, несмотря на это, были отброшены. Они должны включать стихи «Что я буду думать», «Как хорони, как свежи были розы...», «Стой», или «Эгоиста», «героем» которого был, по всей вероятности, Луи Виардо.

С другой стороны, среди так называемых «Новых стихотворений в прозе» были и «Дрозд», и «У-а… У-а», и «Мои деревья», которые не менее интимны, чем некоторые из тех, что включены в первая часть, миниатюры, последние две и многие другие найденные позже «стихи», судя по тщательному редактированию текста, были подготовлены автором для публикации. В некоторых случаях Тургенев дает указания, что каким-то образом связанные «стихи» не должны появляться слишком близко друг к другу, но затем он пропускает оба (например, «Проклятие», «Близнецы»), или рядом с заголовком «Гад» есть примечание: «подальше от 34», т.е. от «Насекомого», но впоследствии «Гад» не был включен в группу миниатюр, напечатанных в «Вестнике Европы».

Это означает, что здесь опять то же самое противоречие: Тургенев пишет, что неопубликованные при его жизни «стихи» будут уничтожены, но в то же время кажется, что он думал о печати хотя бы некоторых из них после своей смерти. Есть один случай, когда в сочинении из 40 стихотворений в прозе, присланных Стасюлевичу, Тургенев вносит изменения: в письме от 15/27 ноября 1882 г. он просит Стасюлевича выбросить «Порог», очевидно, по причинам цензуры («...вы можете наткнуться на этот порог. Особенно, если они пропустят его». Вместо «Порог» он обещает другое стихотворение («Нашим народникам»), но потом посылает в замену «Порога» «Житейское правило».

Еще позже Тургенев отказывается от этой идеи и просит Стасюлевича не включать это стихотворение в прозу в общий цикл, поскольку оно «не соответствует тону других». Стасюлевич, однако, не учел просьбу Тургенева: «Правило повседневности» - единственное стихотворение в прозе Тургенева, опубликованное в «Бюллетене Европы» против воли автора. А.А.Земляковская и Н.И.Балашов выражают сомнение в том, можно ли считать расположение «стихов» в журнале авторским.

Последний цитирует Б.В.Томашевского, указывая на то, что Стасюлевич расположил десять прозаических поэм, присланных позже, для «полных пятидесяти» миниатюр в хронологическом порядке, с чем согласился Тургенев.

Так, в тетради своего автобиографического автографа Тургенев создал цикл, в связи с которым мы не можем сомневаться в «воле последнего автора». Но этот приказ, конечно, был нарушен, когда Тургенев отделил группу для публикации. Мы поддерживаем мнение Н.И.Балашова, который считает, что заказ миниатюр в «Вестнике Европы» является результатом компромисса, но следует отметить, что этот заказ был одобрен самим писателем, который лично скомпрометировал.

Однако мы не можем быть полностью уверены в том, что выбор 50 из всех 83 стихотворений в прозе «определялся не только эстетическими соображениями, но и застенчивостью, цензурой и политическими причинами автора...». Что касается застенчивости автора, мы уже говорили выше, что в первой части также много интимных стихов, и цензурно-политические причины едва ли сыграли в этом роль (за исключением упомянутого исключения «Порога»).

Во второй части (кроме «Дрозда») мы не находим таких миниатюр, из-за которых нужно было бы опасаться цензуры, таких как, например, «Молитва», все они были допущены к печати. Абсолютно независимо от того, продумана ли последовательность миниатюр или случайна, Н.Р.Левин, безусловно, прав, когда пишет «о великой роли соседства»: «...стоящие рядом стихи воспринимаются в соответствии друг с другом, каждый несет эхо другого».

Цикл начинается с «Деревни», которая находится на первом месте в тетради с белым автографом, что указывает на сознательное расположение первых перечисленных там стихов, поскольку «Деревня» была написана в феврале 1878 года, а «Дрозд-II» «намного раньше, в июле - августе 1877 года, но он фигурирует в списке белых автографов под номерами 14-15. Первая часть заканчивается «русским языком», который не является окончательной миниатюрой в автографе белой книги, хотя (номер 79) находится в конце. «Русский язык» был отправлен Стасюлевичу среди дополнительных 10, поэтому его место в цикле определил редактор «Вестника Европы».

В результате в первой части все прозаические стихи обрамлены обобщающими миниатюрами о русском народе, нации, а остальные - о крестьянстве, а также обобщающим «Сфинксом» и изображением конкретных ситуаций из жизни Крестьяне «Маша», «Щи», «Два богача» размещаются на протяжении всего цикла.

Благодаря упомянутому «соседству» создается резкая смена разных, часто контрастирующих настроений, например, «Маша», рассказывающая о горе молодого крестьянина, потерявшего любимую жену, помещается между мрачной космической картиной о смерти человечества («Конец света») и сатирический «Дурак». Стихотворение «Щи», изображающее горе крестьянки по поводу смерти ее сына, находится между аллегорическим (хотя и говорящим о смерти) «Насекомым» и ностальгическим, фантастическим сном о счастье «Лазурное царство».

Резкой контрастностью отличаются и другие сочетания цикла, например, миниатюра, изображающая отсталость народа («Чернорабочий и белоручка»), в стиле которой Тургенев употребляет просторечия и даже диалектизмы, обрамлена аллегорическо-фантастической, лирически-грустной «Розой». Или единственная новеллистическая миниатюра цикла «Повесить его!» «окружена отвлеченно-аллегорической «Природой» и одной из самых личных миниатюр: «Что я буду думать…». Иронически-саркастический «Корреспондент» находится между ностальгическим «Стариком» и аллегорическим, возвышенным «стихотворением» «Два брата».

С другой стороны, интересно, что некоторые, близкие друг другу по настроению сатирические «стихотворения», размещены в группах. Левина называет «трилогией о дураках» стихотворения в прозе «Дурак», «Восточная легенда» и «Два четверостишия». В беловом автографе эта «трилогия» не существует «Дурак» находится под №19, «Восточная легенда» 23, а «Два четверостишия» 25.

Между первыми двумя в белом автографе «Чернорабочий и Белоручка» и «Пир у Верховного Существа», между «Восточной легендой» и миниатюрой «Два четверостишия» «Конец света», то есть в белом автографе Расположение сатирических стихов определяется принципом контраста. Несколько похожи и размещены в журнале рядом с «Пир у Верхнего Существа», «Сфинкс» и «Нимфа». «Сфинкс» близок к «Пиру у Высшего Существа» по аллегоричности и «Нимфам» по мотивам греческой мифологии. Эти три «стиха» также не стоят бок о бок в белом автографе, особенно далеко друг от друга стоят «Пир у Высшего Существа» и «Сфинкс» (№ 21 и № 52), а также между «Сфинксом» и «Нимфами» совершенно отличающийся от обоих «Эгоист».

Таким образом, в связи с первой частью, если мы хотим точно определить ситуацию, лучше не говорить о сознательной работе Тургенева, направленной на создание цикла.

Лирические миниатюры Тургенева представляют собой суммирование творчества и жизни. Он начал с лирических стихов, затем продолжил свой путь через прозу (рассказы, повести, романы) и закончил ее тоже стихами, но в прозе. Первоначально Тургенев хотел назвать свой цикл «Posthuma», то есть «Посмертное»: автор не собирался публиковать свои заметки при жизни. Первые такие произведения в западноевропейской литературе «Гаспар из темноты» А.Бертран и «Парижская селезенка» С.Бодлера были опубликованы после смерти их авторов. Возможно, именно поэтому европейские поэтические циклы в прозе воспринимались именно как посмертные произведения. В своем творчестве Тургенев был близок к европейским тенденциям, но, тем не менее, позже название цикла было изменено на «Senilia» «Старческое», или, как переводит Н.М.Шанский, «Стариковское».

Считается проблематичным дать точное определение этого жанра. По словам М.С.Рыбиной, поэма в прозе - это «прозаический жанр, доминантным свойством которого является переход от внешнего к внутреннему, который вызывает качественное изменение предмета речи (момент «освещения»), что делает его можно обнаружить в «частном» наблюдении проявление универсального закона бытия».

По словам М.Л.Гаспарова, это «лирическое произведение в прозе; у него есть такие признаки лирического стихотворения, как небольшой объем, повышенная эмоциональность, обычно бессюжетная композиция, общее отношение к выражению субъективного впечатления или опыта, но не такими средствами, как метр, ритм, рифма».

Е.Ю.Геймбух указывает на такие особенности жанра, как:

  • «выражение неразрывной целостности мира при возможной раздробленности его частей»;
  • «диалектическое единство пространства внешнего и внутреннего»;
  • «сосуществование обобщающего и глубоко интимного взглядов»;
  • философичность и лиризм.

Прозаическое стихотворение отличается от белого стиха графикой. Ритмизация в этом жанре происходит на разных уровнях: повторение синтаксических единиц, художественных деталей, цветовых мотивов или звуков. Ритм задается композицией, деталями, изображением. Стихотворение в прозе характеризуется ярко выраженной субъективностью: сюжет обрамляет лирические переживания автора, но не имеет ничего общего с реальностью. Это может быть память, навязчивая идея, это может быть мистически символично (ссылки на Библию, миф и т.д.). Кроме того, особый динамизм присущ поэме в прозе, которая заключается не в чередовании событий или предметов, а в выражении сосредоточенной мысли в наименьшем количестве языковых средств, в тщательном подборе словарного запаса. В тургеневских «зарисовках с натуры» все эти черты воплощены.

Пространственно-временные и предметные модели почти 80 стихотворений, написанных Тургеневым М.С.Рыбиным, делятся на пять групп. Это «балладный сюжет», «идиллический хронотоп», «элегия», «текст-экфрасис», «аллегория (притча, восточная легенда)». Одним из главных художественных средств, объединяющих весь цикл, является контраст. Жизнь и смерть, вечная и мгновенная, добро и зло, человеческое и естественное, противоположны. Тургенев придавал особое значение названиям стихов, каждое из которых теперь было символом, теперь антитезой, теперь концентрированной мыслью. Намеки и воспоминания часто встречались в текстах стихов. Язык всего цикла был чист и отполирован. Феномен «Стихотворений в прозе» Тургенева никем не повторялся.

Исследователи творчества Тургенева признают, что мотивы, содержащиеся в «Стихотворениях в прозе», неоднократно встречались в других работах автора. Небольшие шедевры на эту тему разнообразны: в них автор поднимает «общие места» (мотивы, образы, ситуации, основные понятия: любовь, вера, жизнь, смерть). 

В первых попытках анализа стихов они были разбиты на несколько блоков:

  • поэт и художник;
  • социальные темы;
  • тема неотвратимости смерти;
  • тема родины.

Л.П.Гроссман делит «Стихотворения в прозе» на триптихи: каждая главная тема получила три развития. Это триптихи: Россия, Христос, Конец Света, Рок, Природа, Любовь, Смерть, Неверие, Старость и т.д. Современный литературный критик Г.Б.Курляндская, специализирующаяся на творчестве Тургенева, предлагает выделить следующие группы стихов в работе: пессимистично и жизнеутверждающе. В своей работе она подчеркивает, что эти группы связаны друг с другом как «звенья в единой цепи жизни».

Тургенев дает читателю полную свободу в цикле «Стихотворения в прозе». Ни один жанр ранее не позволял человеку иметь право на такую всеобъемлющую свободу. «Стихотворения в прозе» - это цикл, благодаря своему уникальному единству, основанному на свободе выбора составляющих его миниатюр и их свободном понимании читателем.

Заключение

Таким образом, мы рассмотрели теорию интертекста и интертекстуальности. Интертекстуальный подход помогает выявить существенные черты литературного процесса любой культуры, открывает границы текста, связывая его с множеством других текстов. Рассмотрение широкого спектра типов литературных практик и форм - цитата, аллюзия, палимпсест, пародия, подражание и т.д. Позволяет выделить функции интертекста и выяснить, как интертекст меняет значение определенного текста. Важно, что интертекстуальность - это способ сохранить традиции и сохранить память о прошлом. Это заставляет тексты взаимодействовать друг с другом и побуждает читателя по-новому взглянуть на знаменитые произведения. Теория интертекста меняет не только концепцию письма, но и сам способ чтения и анализа художественной литературы. Благодаря межтекстовому диалогу мы можем говорить об оригинальности циклов в целом.

Мы также рассмотрели концепцию литературного цикла. Цикл представлен как единство текстов, созданных и составленных автором с заданной композицией, общим заголовком и неоднократно публикуемых в виде стабильной композиции.

«Записки охотника» и «Стихотворения в прозе» - это циклы, объединенные общими темами и мотивами. Работы цикла также объединены в образе рассказчика.

В исследовательской литературе о Тургеневе давно признано, что «Стихотворения в прозе» содержат темы и мотивы предыдущей работы писателя. Многое восходит к его ранним текстам «Записок охотника», романам и рассказам. Тургенев пишет о социальных проблемах, о революционном самоотречении, создает яркие и запоминающиеся зарисовки и образы людей, типичные «человеческие» ситуации, размышляет о вечных и характерных для всех его произведений темах жизни, смерти, любви, веры.

Тематически, «Стихотворения в прозе» настолько разнообразны и объемны, что они не только служат своего рода руководством ко всей работе писателя, но и предлагают читателю, в зависимости от его подготовленности, умения, настроения, видеть и находить в эта работа соответствует его внутреннему расположению, его духовному облику. Возможно, именно поэтому эта работа Тургенева вызвала и до сих пор вызывает совершенно разные отзывы и оценки читателей в том смысле, что каждый находит в ней свою собственную тему или темы для диалога с автором. Неслучайно, что в первых оценках читателей и критиков, а затем в литературных суждениях о тургеневских «Стихотворениях в прозе» часто были организованы различные группы или секции, которые соответствовали определенным темам и проблемам, затронутым в работе, либо выделялись «произвольно» и «субъективно» близкие и понятные читателю или критику оттенки смысла.

Мы рассмотрели четыре наиболее распространенных из них: темы любви, смерти, русского крестьянства и природы.

Тема смерти выражена во многих рассказах цикла «Записки охотника», где Тургенев пытается проанализировать ее психологию, осознание человеком смертности, а также выражает мотив ее неизбежности. Все эти мотивы были также разработаны в «Стихотворениях в прозе», где тема смерти отводится одному из главных мест.

В «Стихотворениях в прозе» мотив духовной красоты и силы крестьян нашел выражение в «Сфинксе», «Шахе», «Двух богачах».

В «Стихотворениях в прозе» также выражается мотив восхищения природой, ее красотой, но в то же время автор приходит к мысли о непостижимости ее секретов.