Финансовый контроль за обоснованностью формирования затрат и прибыли предприятия

Содержание:

  1. Проблемы теории денег: концептуальный аспект
  2. Основные денежные теории
  3. Металлическая теория денег
  4. Номиналистическая теория денег
  5. Конкретные теории денег
  6. Анализ практичности количественной теории
  7. Инновации против инфляции
  8. Монополии как источник инфляции
  9. Ограниченная догма количественной теории денег
  10. Догматизм монетарных властей
  11. Заключение
Предмет: Экономика
Тип работы: Дипломная работа
Язык: Русский
Дата добавления: 05.08.2020

 

 

 

 

  • Данный тип работы не является научным трудом, не является готовой выпускной квалификационной работой!
  • Данный тип работы представляет собой готовый результат обработки, структурирования и форматирования собранной информации, предназначенной для использования в качестве источника материала для самостоятельной подготовки учебной работы.

Если вам тяжело разобраться в данной теме напишите мне в whatsapp разберём вашу тему, согласуем сроки и я вам помогу!

Финансовый контроль за обоснованностью формирования затрат и прибыли предприятия

Если вы хотите научиться сами правильно выполнять и писать дипломные работы по любым предметам, то на странице как написать дипломную работу я подробно написала.

Финансовый контроль за обоснованностью формирования затрат и прибыли предприятия

Посмотрите похожие темы дипломных работ возможно они вам могут быть полезны:

 

Формирование команды для открытия бизнеса с нуля 
Анализ и оценка эффективности реального инвестирования
Налогообложение в России и за рубежом
Управление материальными ресурсами проектов

 

Введение:

В ходе исторического развития валютные отношения претерпели значительные изменения, которые оказали сильное влияние буквально на все экономические процессы. Неоднородность этих процессов, разнообразие их проявлений была и остается мощной почвой для расхождений в теоретических взглядах на сущность и роль денег и, следовательно, в течение многих лет дискуссий по этим темам. Такие споры еще не исчерпаны.

Современный мир немыслим без денег, мы нуждаемся в них ежедневно и везде. Каждый день мы покупаем различные товары за деньги, оплачиваем услуги, складываем их в банки для накопления, используем их для оплаты поездок на транспорте, занимаем деньги, платим налоги.

Однако деньги важны не только для отдельного человека, который использует их для удовлетворения личных потребностей, они также необходимы для других хозяйствующих субъектов — организаций и государства. Организации используют деньги для ведения бизнеса и получения прибыли, а государство — для регулирования экономики страны. Широкие возможности использования денег делают его особенно значимым и ценным для всех хозяйствующих субъектов. Неважно, какие формы принимают деньги, будут ли они представлены цветными бумажками, учетными записями или чаще всего байтами информации, которые передаются с использованием современных средств связи, поскольку все эти формы одинаково важны для нас. Невозможно представить функционирование рыночной экономики в современных условиях без денег. Именно денежная система составляет ее необходимую основу. Эффективная и стабильная валютная система сегодня является ключом к нормальному функционированию экономики и устойчивому экономическому росту. Огромное значение денег подтверждается тем фактом, что почти все макро- и микроэкономические показатели имеют денежное измерение: предложение денег, уровень цен, валовой внутренний продукт, прибыль, доходы, расходы.

Таким образом, деньги являются одним из величайших изобретений человечества, имеют долгую историю развития и оказывают огромное влияние на рыночную экономику: субъекты рынка на рынке постоянно действуют в терминах денег и денежных категорий и используют их в качестве общего показателя. рациональности фирм и домашних хозяйств. Экскурсия в историю форм и типов денег позволяет сделать вывод о существенном изменении сущности полноценных денег и, как следствие, появлении заменителей.

Актуальность моей работы заключается в том, что многие поколения экономистов пытались и до сих пор пытаются раскрыть сущность денег, но нет однозначно признанного определения сущности денег всеми экономистами.

Проблемы теории денег: концептуальный аспект

Это не может считаться нормальным, когда учебники по экономической теории дают различные интерпретации денег, иногда явно устаревшие. Студенты, таким образом, вводятся в заблуждение.

В базовом учебнике, написанном в годы перестройки, деньги определены в традициях марксизма — и с точки зрения трудовой теории стоимости: «Деньги — это полная форма универсального эквивалента, представленного драгоценными металлами, — особый товар с форма эквивалентной стоимости, которая прочно срослась ».

Далее отмечается, что в XX в. произошла демонетизация золота. Казалось бы, в связи с этим необходимо дать новое определение денег, но такая попытка не предпринималась. Возможно, потому что золотое содержание рубля, установленное в 1961 году, все еще было объявлено в СССР? Едва это было формально. Советский рубль был бумажными деньгами, его не обменивали на золото, а также неконвертируемую валюту.

При рассмотрении функции денег в упомянутом учебнике отмечается, что они в первую очередь «служат материалом для выражения стоимости всех товаров, производимых в обществе (деньги как мера стоимости). Ценность товара в денежном выражении есть его цена. Чтобы измерить стоимость товара, нужно взять определенное количество денежного материала на единицу. Такая единица называется шкалой цен. На практике металлические слитки по желанию государства превращались в металлические монеты, которые содержали одну или несколько денежных единиц (например, долларов) или части денежной единицы (пенсов)».

Как видите, речь идет о товарных деньгах, воплощенных в слитках и монетах. Но таких денежных систем к 1988 году, когда был составлен этот учебник, нигде в мире не было. Стандарт золотых монет в большинстве стран, включая Россию, был отменен в связи с началом Первой мировой войны в 1914 году. Поэтому в этом учебнике функция измерения стоимости современных денег после золота не объясняется. Почему? Составители этого учебника не выходили за рамки теории золотых денег К. Маркса, которая была особым товаром. «Его собственная ценность, — писал К. Маркс, — определяется рабочим временем, необходимым для его производства, и выражается в количестве любого другого продукта, в котором кристаллизовалось такое же количество рабочего времени».

Давайте рассмотрим один характерный пример: «В современном понимании деньги являются универсальным эквивалентом, но, поскольку деньги по своей природе являются товаром, они говорят, что деньги — это товар, который выполняет функции универсального эквивалента». Функция денег, которую сложнее всего определить как меру стоимости, снова определяется старым способом: «Золото выполняет функцию количества труда, затраченного на производство продукта, сравнивая его с количеством труда, необходимого для производства золота. то есть сколько золота соответствует данному продукту. Для облегчения измерения была введена шкала цен. Шкала цен — это количество золота, легализованное государством, за одну денежную единицу. Ценность товара, выраженная в деньгах, называется ценой товара. «Здесь все по Марксу. Но следует уточнить, что функцию меры стоимости выполняет« только мыслимое или идеальное золото». В связи с этим возникла категория подсчета денег, и, кроме того, номиналисты, которые теоретики банкнот определили их иначе, чем К. Маркс.

Это обширная тема. Мы ограничимся цитатой из Джеймса Стюарта: «Подсчет денег отличается от монет, что является реальным эквивалентом; они могли бы существовать, даже если бы в мире не существовало никакого вещества, что является пропорциональным эквивалентом для всех товаров. Подсчет денег служит для стоимости предметов одинаково, чем градусы, минуты, секунды. Для углов или шкал — для карт. Во всех этих изобретениях имя всегда принимается за единицу. Деньги — только идеал шкала с равными делениями. Ранее Джордж Беркли писал об этом, утверждая, что деньги являются «знаками для счета», что «золото и серебро не так необходимы для богатства нации, как представляют невежды всех рангов», что не имеет значения, из какой материал деньги сделаны.

К. Маркс отрицательно относился к пониманию денег. Он видел ошибку в игнорировании связи денег с золотом. С другой стороны, он посвятил десятки страниц рассмотрению категорий расчета денег, бумажных денег и кредитных денег. Но все же не следует забывать, что, живя в Лондоне, в эпоху золотого стандарта, он всегда рассматривал золото в качестве основы. Считать деньги с ним — не тип денег, не суть денег, как указывали авторы, это механизм действия такой сложной функции денег как меры стоимости. К. Маркс в этой связи писал: «В качестве меры стоимости и шкалы цен деньги выполняют две совершенно разные функции. Они являются мерой стоимости как социального воплощения человеческого труда, шкалы цен — как фиксированного веса металла. В качестве меры стоимости они служат для превращения ценностей бесконечно разнообразных товаров в цены, в образные количества золота. В своих денежных названиях товары показывают, чего они стоят, а деньги служат исчисляемыми деньгами каждый Время, которое вы должны исправить что-то вроде стоимости, наличными».

Шкала цен по золотому стандарту служила своеобразным фиксатором веса денежной единицы. Кроме того, шкала цен имела свойство цены монеты. «Подобно подсчету денег, деньги обретают универсальное общественное существование по денежной цене. Вместо фактического веса учитывается их имя. Это цена монеты».

Теория золотого обращения была разработана другими теоретиками. Так, А. Смит задолго до того, как К. Маркс высказал важную идею: «Стоимость товаров, купленных и проданных в течение года в данной стране, требует определенной суммы денег для распространения и раздачи соответствующим потребителям, она не может дать использование дополнительной суммы денег. «Циркуляционные каналы должны поглощать количество, достаточное для их заполнения, и никогда не выходить за рамки этого». Отсюда следует, что при обращении золотых (и серебряных) денег инфляция невозможна. Банкноты являются заменителями, признаками стоимости полных денег. Масса банкнот, обмениваемых на металл, выпущенный в обращение, не должна превышать массы полноценных монет. К. Маркс строго придерживался этой концепции и критиковал закон Р. Пила (1844, Англия), в котором максимальное количество банкнот, раскрытых золотом, было установлено в 14 миллионов фунтов стерлингов (английская система покрытия).

В России эти проблемы практиковались М.М. Сперанский и Е.Ф. Канкрин являются сторонниками серебряного стандарта. С.Ю. Витте ввел в 1895 — 1897 гг. золотой стандарт. У нас также были наши теоретики позднего металлизма — В.П. Безобразов, И.Я. Горлов Л.В. Федорович и другие. Они спорили с представителями русского номинализма — от Н.М. Карамзина до С.Ф. Шарапова.

В одном из современных учебников была сделана попытка определить функцию показателя стоимости современных денег: «В настоящее время функцию показателя стоимости выполняют бумажные деньги без какого-либо золотого обеспечения. Бумажные доллары, фунты, марки, рубли. Выполняют функцию оценки стоимости с меньшим успехом, чем драгоценные металлы. Действительно, бумажные деньги однородны, поэтому, выражая цены на товары в национальных валютах, деловые агенты могут легко сравнивать стоимость самых разных товаров. Для большей убедительности дано известное определение П. Самуэльсона: «Бумажные деньги олицетворяют сущность денег, их внутреннюю природу. Деньги — как деньги, а не товар — нужны не для нас самих, а ради вещей, которые можно купить у них».

Как понять это определение? Первый создатель современной «Экономики», видимо, хотел сказать, что современные банкноты не хуже, а лучше товарных денег (включая золото), выражают сущность денег и выполняют соответствующие функции. Почему? Потому что это деньги и ничего более, «деньги как деньги, а не товар». Действительно, они не имеют двойственной природы товарных денег. И это хорошо, не плохо. Современные деньги не имеют (или почти не имеют) своей стоимости и не приносят никакой другой выгоды, кроме как денег. Таким образом, они более рациональны, проще в изготовлении, дешевле в материале, безопаснее и удобнее, проще, быстрее при расчете и переносе с расстояния. Они лучше подходят для современной экономики.

В конце XIX в. С.Ф. Шарапов писал: «Золото — это устаревшая рабская и языческая форма денег». Это было сказано вопреки С.Ю. Витте и другие поздние металлисты, которые тогда внедрили золотой стандарт в России. Русский номинализм сложился раньше западного.

Уместно перечислить основные идеи С.Ф. Шарапова:

  1. Демонетизация золота неизбежна из-за отсутствия товаров для торговли, колебаний его цены и, наконец, из-за фундаментальной возможности замены золота бумажными деньгами.
  2. Внутренняя стоимость бумажного рубля основана на доверии государству.
  3. Увеличение количества денег в обращении должно соответствовать включению неиспользованного труда.
  4. Недостаток банкнот в обращении приводит к росту процентных ставок и снижению стоимости рабочей силы.
  5. Способом уменьшения количества банкнот в обращении является продажа государственных ценных бумаг.
  6. Манипулирование процентными ставками следует использовать для смягчения циклических колебаний в экономике. Если спрос на кредиты не растет даже при низкой процентной ставке, то следует увеличить расходы, финансируя строительство за счет государства.
  7. Чтобы смягчить циклические колебания, следует также использовать налоговую систему — увеличивать налоги на начальных этапах и снижать их во время кризисов.
  8. Увеличение количества денег приводит к цепочечному росту доходов и расходов населения, стимулируя производство.
  9. «Вся задача денежной системы, основанной на автоматическом перемещении кредитов и депозитов, состоит в том, чтобы постоянно иметь в обращении такое количество банкнот, которое соответствует потребностям рынка, то есть размеру транзакций».

Как видите, наш соотечественник значительно опередил время. Намного позже об этом начали писать Г. Кнапп, К. Виксел, Дж. Кейнс и другие западные теоретики.

Теория государственных денег Г. Кнаппа широко известна:

  1. Монета становится деньгами только тогда, когда она начинает терять связь с металлом в результате «порчи» и когда государство устанавливает обязательную ставку.
  2. Деньги — « хартальное», то есть законные средства платежа; «Только хартальность создает деньги».

Такое толкование денег является односторонним, поскольку они отделены от реальной экономики, они изображаются только как продукт законотворчества.

В экономике они пишут о природе и функциях денег довольно просто и без той сложности, которая присуща отечественным теоретикам денег разных поколений — З. В. Атлас, С.А. Козлов, В.П. Казакевич В.М. Усоскин А.А. Хандруев О.В. Пашкус и другие. Теоретическая сложность — это школа Карла Маркса. Есть плюсы и минусы. Один минус очевиден: все, что не соответствует Марксу, неверно; плюс: более подробный концептуальный анализ.

В экономике предполагается, что все, что выполняет денежные функции, является деньгами. «Деньги, которые по сути являются долговыми обязательствами государства и депозитных учреждений, имеют ценность благодаря товарам и услугам, которые покупаются на рынке. Сохранение покупательной способности денег во многом зависит от эффективности государственного регулирования денежной массы».

Авторы «Экономики» не обошли стороной меру стоимости денег после золота: «Деньги — это тоже мера стоимости. Компания считает удобным использовать денежную единицу в качестве шкалы для измерения относительной стоимости различных товаров и ресурсов. «Подобно тому, как мы измеряем расстояния в милях или километрах и сравниваем их, мы измеряем стоимость товаров и услуг в денежном выражении». Очень похоже на Джеймса Стюарта, цитируемого ранее. Но все здесь. Эту функцию больше не нужно выражать через золото. Шкала цен в предыдущем значении не существует. Поэтому написано: «Использование денег в качестве общего знаменателя означает, что цена любого товара достаточно выразить только через денежную единицу».

В этом случае это гораздо проще сделать, чем с золотыми деньгами, когда денежная единица должна была измеряться определенным количеством золота, чтобы законодательно установить эту шкалу, чтобы попытаться сохранить фиксированную цену на золото. В строгом соответствии с содержанием золота в национальной валюте необходимо было чеканить монеты разных номиналов, чтобы обменять их на банкноты и купюры. Теперь единица измерения стала номером один: доллар, 1 евро, 1 рубль.

Дж. Стюарт в своей объемной работе «Изучение принципов политической экономии» (1767) полагал, что увеличение кредитных денег в обращении происходит автоматически с ростом потребностей промышленности и торговли. И наоборот, при снижении деловой активности их количество уменьшается. Таким образом, он не был сторонником количественной теории денег, тогда уже известной из работ Р. Кантильона, Д. Юма и других. Он разработал учение о реальных счетах. Он не был против металлических денег, он не предупреждал: «Те страны, которые используют свои металлы только в качестве денег, ограничивают свою промышленность пропорционально их запасам (металлов)». Более того, он счел необходимым обменять кредитные деньги на золото из страны. Так что его никак нельзя отнести к «идеалистам», к «номиналистам» — возможно, но в положительном смысле, как один из первых авторов, создавших теорию бумажных денег.

К. Маркс, в отличие от Дж. Стюарта, исходил из золотого обращения, и оно ограничено определенными историческими рамками. Поэтому его трактовка функции меры стоимости и шкалы цен, определение сущности денег как готовой формы универсального товарного эквивалента современным деньгам не подходит во всех отношениях, поскольку современные деньги не применяются для товарных денег, не является универсальным товарным эквивалентом. Но принцип эквивалентности при продаже не исчез. Итак, если товар стоит 1000 рублей, то за него нужно заплатить не больше и не меньше. Тысяча меняется на тысячу. В этом смысле Аристотель был прав, когда писал: «Обмен невозможен без равенства, а равенство без соизмеримости».

Таким образом, современные деньги являются универсальным эквивалентом, но не товаром, а обменом. Обменный эквивалент является признаком стоимости, товарный эквивалент — это действительная стоимость золотой (или серебряной) монеты. Однако для теоретиков остается трудный вопрос: признаки, какова ценность современных денег? На наш взгляд, бумажные деньги являются признаком стоимости товаров и услуг, их представителей, потому что другой ценности просто нет.

Шкала цен не исчезла с исчезновением золотых денег. Современная шкала цен, как отмечалось ранее, является денежной единицей измерения цены, это соотношение цены товара и денежной единицы. Шкала цен не является «технической» функцией денег, как может показаться на первый взгляд. Это тесно связано с динамикой цен на товары и услуги, цены зависят от многих факторов, включая стоимость социально необходимого труда, динамику предельных выгод и потребительских предпочтений, доходы населения, обменные курсы, мировые цены на нефть, и, наконец, соотношение спроса и предложения в целом. Любая мера является условной, но это не отменяет вышеизложенное. Деньги — это не физическая единица измерения и учета, это экономическая единица учета — в этом весь смысл этой проблемы.

О современных деньгах как универсальном валютном эквиваленте следует сказать подробнее.

Главное не приравнивать продукт к эквиваленту продукта (включая полную монету), а выразить отношение обмена каждого продукта ко всем остальным. С помощью каких денег это делается, с помощью золотых монет, с помощью бумажных банкнот или заметок на счетах — вопрос вторичный. Однако, почему деньги не обязательно должны быть товаром, и их достаточно для записи какого-либо долгового обязательства, то есть общепринятого денежного документа? Эмитентом является государство, банк гарантирует рубли их покупательной способностью в соответствии с указанной суммой (номинальной стоимостью) — общепринятые и легализованные формы денежных и денежных расчетов. Современные деньги, как и любые другие, представляют собой их единство как меру стоимости и средства обращения, остальные функции являются производными.

Суть современных денег состоит не в том, что они сами являются реальной стоимостью, что труд был потрачен на их производство и его количество отражено в номинальной стоимости, а в том, что они имеют меновую стоимость, универсальный обменный эквивалент, универсальная цена, отделенная от товаров ; они представляют собой изображение стоимости товара и удостоверяют его в расчетах.

Это по сути общая сущность денег. Покупательная способность современных денег зависит не от стоимости золота и серебра, а от количества денег, их редкости. Это со стороны денежной массы, скорость обращения денег. Со стороны реальной экономики на покупательную способность денег и их количество в обращении влияют цены и доходы. Итак, в первой половине 90-х гг. в России было не так, чтобы сначала росли цены и номинальные доходы, а затем и денежная масса. Но в других ситуациях все может быть иначе. Эти переменные взаимно пропорциональны.

Современные деньги остаются товаром? Вне товарных, рыночных отношений они бы не были нужны. Товары, цены, деньги не могут существовать друг без друга, это единое целое — рыночная экономика. Таким образом, без каких-либо ограничений можно сказать, что современные деньги — это товар, но это не товарный рынок золотых и серебряных монет, это товарный вид услуги, связанной с кредитами. Например, банк выдает процентные кредиты. Это банковская услуга для клиента. Проценты по кредиту — это плата за обслуживание, цена кредита и, следовательно, цена денег. Все, что продается, покупается, обменивается на возмездной эквивалентной основе, приобретает собственность товаров, прежде всего деньги, поскольку они обладают самой высокой ликвидностью среди всех товаров. Можно привести еще один пример, более массивный. Мы все работаем за зарплату, за деньги. Это реальные товарные денежные отношения, более или менее эквивалентные обмену.

Таким образом, современные деньги как экономическое явление, выполняя свои функции, действуют не только как условно исчисляемые единицы (исчисляемые деньги), как средство продажи, но и как представители стоимости товаров, носителей цен и доходов. А это значит, что они тесно связаны с товарным производством, торговлей, финансами и кредитом, с реальной экономикой.

Основные денежные теории

Количественная теория денег

В современной экономической науке и в практике денежно-кредитного регулирования несколько основных областей расходятся. Из них монетаризм (современная количественная теория денег) и кейнсианство являются наиболее известными.

Количественная теория денег имеет давнюю историю. Таким образом, количественная теория денег, возникшая в 16 веке, основывалась на том факте, что цены зависят от количества денег в обращении и изменяются пропорционально их количеству. В классическом подходе к количественной теории предполагается, что количество денег в обращении определяется автономно (независимо от суммы цен товаров, а также процесса их производства и обращения), скорость обращения денег равна Предполагается, что практически неизменным влияние денег на процесс воспроизводства считается инертным, и изменение количества денег в равной степени влияет на цены всех товаров в различных секторах экономики без учета их начальных условий на момент увеличение массы денег в обращении.

Указанная теория сводит сущность денег к одной функции — средству обращения. По мнению сторонников количественной теории, деньги как средство обращения не могут иметь внутренней стоимости, поэтому стоимость денег определяется их количеством. Количественная теория денег получила свое обоснование и развитие в то время, когда свободная торговля стала основным требованием промышленного капитала и, соответственно, дальнейшего развития экономики страны. Английский философ Джон Лок (1632-1704) был вовлечен в создание количественной теории денег. Теоретически Дж. Локка интересовала прежде всего не внутренняя, а рыночная стоимость товара. Он исходил из того, что рыночная стоимость любых определенных объемов двух или более товаров одинакова, когда они обмениваются друг на друга. Отношение количества товара к его продажам определяет количество товаров, отданных за деньги или за другие товары. В этом случае цена товара будет тем выше, чем меньше его количество по сравнению с возможностями продажи. В свою очередь, продажа предусматривает, что один товар может быть продан несколько раз, то есть количество продаж может превысить количество товаров.

Продажа товаров (не денег) может идти быстрее и медленнее, потому что товары определяются преимуществами (стоимостью), которые люди получают от них. Однако каждый потенциальный контрагент биржи готов получать и хранить деньги без ограничений, то есть продажа денег всегда достаточна или более чем достаточна. Это означает, что по отношению к денежному товару количество продаж равно его количеству, а скорость оборота денежного товара самая высокая. Поскольку продажи денег всегда равны их количеству, стоимость денежного товара, выраженная в абстрактных счетных единицах, зависит только от его количества.

Количественная теория денег Дж. Локка может быть понята в контексте того факта, что уровень цен всегда прямо пропорционален количеству денег (с учетом скорости их обращения). Эта теория сравнивает два потока, представленных общей суммой денег в обращении за определенный период времени и общим объемом торговли за одно и то же время. При таком подходе деньги выполняют только функцию средства обращения и, следовательно, не имеют внутренней ценности.

В XVIII и начале XIX вв. оно было развито в трудах Юма и Рикардо в начале XX в. Он получил дальнейшее развитие благодаря работам Ирвинга Фишера и Альфреда Маршалла и стал общепризнанным компонентом неоклассической экономической теории. В 30-х годах XX в. Количественная теория денег была подвергнута критике Дж. М. Кейнсом, который сформулировал альтернативную теорию интереса и денег. Джон Кейнс, последовавший за Кейнсом, и Артур Пигу заложили основы для синтеза кейнсианской и неоклассической теории денег. Термин «ортодоксальный кейнсианство» в современной экономической литературе обычно означает именно кейнсианский — неоклассический синтез, который включает в себя достижения обеих школ. По мнению Д. Юма, цены на товары и стоимость денег определяются соотношением оборотных денег и товаров, то есть цена товара всегда прямо пропорциональна количеству денег. На самом деле открытие новых месторождений золота и серебра привело к снижению их стоимости, так как они стали воплощать меньшее количество общественного труда. Это объясняет рост цен на товары и расширение потребностей товарного обращения в деньгах. Поэтому сторонники количественной теории денег считают, что, во-первых, покупательная способность денег, а также цены на товары устанавливаются на рынке, во-вторых, все выпущенные деньги находятся в обращении, в-третьих, покупательная способность денег обратно пропорциональна, а уровень цен прямо пропорционален сумме денег.

Первые представители количественной теории денег видели главную ошибку меркантилистов в том, что недавнее увеличение богатства нации было напрямую связано с накоплением драгоценных металлов. Между тем, увеличение запасов золота и серебра приводит к их обесцениванию (при прочих равных условиях) и соответствующему росту цен на сырье. На самом деле благосостояние общества может увеличиваться за счет развития промышленного производства и всего, что с этим связано.

В этом случае основные положения количественной теории денег можно представить следующим образом:

  • деньги, независимо от их формы, всегда лишены внутренней стоимости, то есть стоимость денег не определяется величиной общественно необходимых затрат труда на их производство;
  • стоимость любой формы денег и уровень цен на товары зависят от количества денег в обращении, то есть цены на товары определяются не внутренней ценностью, присущей товарам, а соотношением между общим количеством товаров. и общая масса золота и серебра, доступных по всему миру;
  • основная функция денег является функцией средства обращения, а все остальные не играют существенной роли в обращении денег и поэтому имеют вспомогательный характер;
  • количество денег является первичным, и поэтому его стоимость зависит от него, то есть уменьшается из-за увеличения количества золота, а цены на товары растут, и наоборот;
  • деньги выступают в экономике только в качестве посредника при обмене товарами и не оказывают существенного влияния на процесс общественного воспроизводства, поскольку увеличение количества денег в обращении приводит лишь к прямо пропорциональному увеличению абсолютного уровня цен и делает никак не влияет на относительные цены, на обменные пропорции в случае товарного обмена (биржевая стоимость товаров).

Основная ошибка первых представителей количественной теории денег заключается в исходной предпосылке, что товары вступают в процесс обращения без цены, а деньги — без стоимости, и только в будущем определенная часть товара обменивается на соответствующую сумму. металл. Однако на самом деле цены на товары обязательно подразумевают наличие соответствующего денежного эквивалента.

Мы начнем обзор с традиционной («старой» или неоклассической) количественной теории денег, потому что именно на ее основе были построены все более поздние концепции.

«Старая» количественная теория денег обычно связана с двумя формулами спроса на деньги: формулой И. Фишера (также известной как «уравнение Чикаго») и формулой А. Маршалла («уравнение Кембриджа»). Формула Фишера имеет следующий вид:

MV = RT

где M — сумма денег, V — скорость обращения денег, T — реальная стоимость транзакций, P — индекс цен. Формула Фишера устанавливает следующие соотношения: спрос на деньги M зависит от скорости обращения денег V, реального объема операций T и динамики цен R.

Формула Маршалла («уравнение Кембриджа») имеет следующий вид:

M = k p y

где M — сумма денег, y — реальный общий доход, p — индекс цен, а k — коэффициент, показывающий, какую часть общего дохода экономические субъекты хотят сохранить в денежной форме.

Формулы Фишера и Маршалла можно считать в определенном смысле эквивалентными, если пренебречь разницей между общим доходом и объемом операций. Действительно, коэффициент k в формуле Маршалла является обратной величиной скорости денег в формуле Фишера: k = 1 \ V. Это означает, что большую часть дохода экономические субъекты экономят в форме денег, то есть чем больше их остатки денежных средств по отношению к общему доходу, тем ниже скорость обращения денег. Однако эквивалентность уравнений Кембриджа и Чикаго нельзя считать абсолютной. Теоретически они качественно отличаются друг от друга. Чикагское уравнение связывает спрос на деньги с текущими операциями, в то время как Кембриджское уравнение рассматривает спрос на деньги как спрос на остатки денежных средств, то есть для одного из активов экономических субъектов, которому в принципе следует противопоставить другие, альтернативные активы, другие формы сохранения и использования доходов и всего накопленного богатства. Правда, «уравнение Кембриджа» спроса на деньги не дает прямого ответа на вопрос о том, что определяет предпочтение конкретного типа активов (другими словами, в качестве аргумента функция процента спроса на деньги не учитывается), но это тем не менее приводит к постановке такого вопроса.

Если предполагается, что объем транзакций и скорость обращения денег постоянны в течение короткого периода времени (или, в любом случае, независимо от количества денег), мы получим простейшую интерпретацию обеих формул, приведенных выше: спрос на деньги зависит от уровня цен. И наоборот, если предложение денег предоставляется экзогенно, уровень цен зависит от количества денег. Изменения количества денег в конечном итоге влияют на уровень цен, оставляя неизменными все остальные параметры, введенные в формулу (1): реальный объем операций (отсюда реальный уровень производства и общий доход) и скорость обращения денег. Таким образом, «грубая» интерпретация количественной теории денег подразумевает «нейтральность» массы денег по отношению к процессам в реальной экономике. Тем не менее, это упрощенная трактовка количественной теории денег далеко не уверен. Авторы этой теории, И. Фишер и А. Маршалл, дали свои формулы гораздо менее прямой интерпретации.

По мнению этих экономистов, увеличение количества денег влияет на динамику цен посредством двух разных механизмов, один из которых можно назвать прямым, а другой — косвенным. Увеличение остатков денежных средств между экономическими субъектами (например, в результате роста номинального дохода, выплачиваемого правительством посредством эмиссии денег) приводит к расширению платежеспособного спроса. Если расширение спроса не сопровождается увеличением производства и предложения, и если скорость обращения денег остается неизменной, то цены на товары увеличиваются пропорционально увеличению количества денег на динамику спроса и цен.

Металлическая теория денег

Одна из самых ранних теорий — металлическая теория денег. Эта теория отождествляла деньги с благородными металлами, то есть с золотом и серебром. Он был наиболее развит в XVI-XVII веках, когда происходило накопление капитала.

Теория металлов появилась в Англии как самая развитая и богатая страна того времени. Одним из основоположников теории металлов был В. Стаффорд (1554-1612). В Англии это теоретическое направление разработали Т. Мэн (1571-1641) и Д. Норт (1641-1691). Сторонником металлической теории денег во Франции был А. Монкретьен (1575-1621), в Италии — Ф. Галиани (1728-1787).

В условиях металлического денежного обращения функция накопления играла важную экономическую роль, выступая в качестве стихийного регулятора денежного обращения. С ростом товарного производства превращение денег в средство накопления перестает быть необходимым условием регулярного возобновления производственного процесса. Таким образом, стремление получить максимальную прибыль заставляет предпринимателей не хранить деньги в форме «накоплений», а постоянно вводить их в обращение. Металлическая теория денег возникла в исторических условиях, которые характеризовались появлением мануфактур, быстрым ростом коммерческого капитала, а также колонизацией европейскими государствами многих заморских территорий с огромными природными богатствами. Торговля стала основным источником богатства, а положительное сальдо торгового баланса обеспечило приток золота и серебра в страну. В то же время металлическая теория денег основывалась на идеях меркантилистов, которые отождествляли богатство с деньгами, а деньги с драгоценными металлами. Поскольку существует огромное количество дискуссий о природе денег. В соответствии с идеями торговцев, богатство нации заключается в накоплении золота и серебра, а источником богатства является внешняя торговля, которая обеспечивает приток драгоценных металлов. Торговцы полагали, что увеличение богатства требует протекционистских мер со стороны государства для регулирования внешней торговли путем поощрения экспорта и сдерживания импорта, а также полной поддержки национальной промышленности. Из-за отсутствия теоретических знаний в области народонаселения меркантилисты посчитали целесообразным поддерживать низкий уровень заработной платы в связи с ростом населения, а источник богатства был связан с неэквивалентным обменом с другими странами. Таким образом, должен был быть достигнут активный торговый баланс, то есть профицит внешней торговли.

Достижение торгового профицита у меркантилистов связано со следующими видами деятельности:

  • установление максимально возможных цен на экспортируемые товары;
  • максимально возможное ограничение на ввоз товаров;
  • запрет вывоза золота и серебра из страны, поскольку богатство нации было отождествлено с ними.

Во времена раннего меркантилизма правительство занималось коррупцией национальной монеты, уменьшая ее вес и ценность, чтобы заинтересовать иностранных торговцев обменять свои деньги (понимаемые как полные) на местные (поврежденные) и тем самым стимулировать крупные покупки национальных товаров.

Для позднего меркантилизма, охватывающего период со второй половины XVI до второй половины XVII века, характерно то, что в это время торговые отношения стали более развитыми и регулярными. Во многом это было связано с поощрением со стороны государства развития промышленности и торговли.

Позднее меркантилисты начали признавать функцию денег как средства обращения. Поэтому металлическая теория этого периода характеризовалась не только отождествлением богатства страны с драгоценными металлами, но и тем, что последний давал все функции денег. Эта позиция была основана на том факте, что благородные металлы являются единственным видом денег. На самом деле сторонники метализма оправдывают фетишистский взгляд на деньги, утверждая, что благородные металлы — это деньги природы в силу их природных свойств.

Соответственно, основные положения металлической теории денег были представлены следующим образом:

  • деньги идентичны любому представителю товарного мира, а денежное обращение эквивалентно товарному обмену;
  • деньги состоят только из благородных металлов благодаря присущим им природным свойствам;
  • деньги не являются носителями общественных отношений, а действуют лишь как инструмент обеспечения товарного обмена;
  • стоимость денег является естественной собственностью драгоценных металлов;
  • деньги выполняют только функции меры стоимости, образования сокровищ (накопления) и мировых денег, а функции средства обмена и платежного средства не присущи металлическим деньгам (позднее меркантилисты начали признавать эти функции ), поскольку согласно этой теории простой обмен товарами (простые, единичные или случайные формы стоимости) идентичен товарному обращению.

Теоретики металлизма не пытались рассматривать деньги как общественные отношения, не раскрывали законы денежного обращения, а просто объясняли происхождение и сущность денег. Поэтому они отрицали возможность замены металлических денег любыми другими знаками (они обычно считали бумажные деньги неестественным явлением).

Недостатки этой теории заключаются в следующем:

  • Во-первых, обосновывая функции денег, ранние меркантилисты не предвидели возможности, необходимости и целесообразности замены драгоценных металлов (полноценных денег) знаками стоимости.
  • Во-вторых, ранние меркантилисты не принимали во внимание тот факт, что деньги являются исторической категорией и развиваются вместе с развитием общества.
  • В-третьих, сторонники металлической теории денег о том, что богатство общества заключается в накоплении драгоценных металлов посредством внешней торговли, игнорировали сферу материального производства, которая является основным источником создания общественного богатства.

Критики меркантилизма исходили из того факта, что источником богатства общества является капитал в сфере производства, а использование металлических денег во внутреннем денежном обращении приводит к дополнительным (непроизводительным) издержкам общества.

Металлическая теория денег, несмотря на бурное развитие капиталистического производства, еще не полностью забыта. Так, в 19 веке широко использовалась металлическая теория денег в измененной интерпретации, признающая обращение бумажных и кредитных денег при условии их обязательного обмена на монеты и благородные металлы. Тем не менее, технические аспекты, которые делают обработку металла неудобной, не могут считаться несущественными. Об этом свидетельствует ряд факторов, цитируемых в экономической литературе. Так, во второй половине XIX века в промышленно развитых странах ежегодная потеря золота от истирания монет и их износа составила 940 кг, серебра — 4,6 тонны, а обращение металла обходится цивилизованному миру в 11 миллионов немецких марок ежегодно. Несколько позже потери всех стран из-за истирания монет и по другим причинам были определены в 3000 кг золота в денежном выражении в год, что составило примерно 50 миллионов марок. В то же время общая стоимость поддержания обращения с металлом была незначительной по сравнению с огромными потерями от обесценения знаков стоимости бумажных денег.

В 70-х годах двадцатого века сторонники неометаллизма пытались оправдать необходимость восстановления золотого стандарта. В частности, в эти годы предвыборная программа Республиканской партии США предусматривала возможность возврата к золотому стандарту. Интерес к этой теории возник в 1981 году, когда президент США Р. Рейган хотел ввести золотой стандарт. Однако созданная им специальная комиссия пришла к выводу, что восстанавливать ее нецелесообразно. Возврат к металлическим деньгам нецелесообразен из-за того, что это сделает денежные системы разных стран зависимыми от собственного производства золота.

Номиналистическая теория денег

Номиналистическая теория денег определяет их сущность как условные исчисляемые единицы или знаки, лишенные какой-либо внутренней ценности. В соответствии с этим пониманием сущности денег сторонники этой теории считают, что покупательная способность (покупательная способность) денег не зависит от их материального содержания, а определяется только номинальной стоимостью. Номиналистическая теория денег возникла на основе развития таких функций, как функция обращения и функция платежных средств, а также того факта, что деньги стали облегчать товарный обмен в зависимости от их веса и в соответствии с Наименование указано на них.

Развитию этой теории способствовал также тот факт, что в результате обесценивания монет их номинальная стоимость отличалась от внутреннего товарного содержания денег. Это обстоятельство было взято на вооружение сторонниками этого теоретического направления, позиции которого были значительно усилены в контексте перехода от обращения золотых монет к обращению бумажных денег. Наличие бумажных денег и их полная замена металлических (золотых и серебряных) монет усиливают аргумент, что деньги являются символом, выпущенным государством.

Сторонники номиналистической теории денег считают, что деньги — это условная, абстрактная счетная единица, которая служит для определения идеальной шкалы цен. Следствием этого является то, что сущность денег сводится к их функциям, а сами деньги отрываются от товарного мира, и, соответственно, происходит отрицание их стоимости по существу. В настоящее время эта теория практически становится одной из основных или доминирующих среди остальных монетарных теорий (с точки зрения выяснения сути, их роли и места в экономических процессах). Во многом это связано с тем, что драгоценные металлы были вытеснены из сферы денежного обращения, свободный обмен золота на банкноты был остановлен, а различные формы безналичных платежей, включая электронные деньги, занимают все большее место в деньгах. циркуляционный.

Эта теория имеет большой опыт. В частности, юристы древнего Рима, а также юристы средневековья высказывались с позиций отдельных разновидностей номиналистической теории денег. Они оправдывали преднамеренную «порчу монет» правительствами того времени и утверждали, что содержание металла в монетах было совершенно не связано с их товарным содержанием и покупательной способностью. В этом случае покупательная способность монеты определялась не количество металла, содержащегося в нем, но по количеству денежных единиц, указанных на нем. Фактически, используя высшую силу, глава государства по своему решению (стигматизированный на монете) может придать монетам любую ценность.

В двадцатом веке номиналистический подход к деньгам поддерживали многие известные экономисты, например, Г. Кнапп, Дж. М. Кейнс, Э. Хансен, Р. Харрод, П. Самуэльсон и другие. В то же время номинализм начал отождествляться с государственной теорией денег, и их сущность все больше и больше становилась связана с правовыми нормами, определяющими функционирование денег. Соответственно, деньги рассматриваются только как средство платежа, и все функции металлических денег автоматически переводятся на бумажные деньги, которые не подлежат обмену на драгоценные металлы.

Основные положения номиналистической теории денег можно определить следующим образом:

  • деньги по своей природе не имеют ценности и представляют собой абстрактную количественную (исчисляемую) стоимость, которая может косвенно служить мерой стоимости товаров;
  • основная функция денег является функцией средства обращения, и, следовательно, любая из его форм (золотые, серебряные и вексельные монеты, бумажные и кредитные деньги) может играть роль денег;
  • ценность товара является чем-то относительным и поэтому понимается как субъективное отношение человека к конкретному товару;
  • стоимость (номинальная стоимость) денег определяется государством на основе его субъективной воли или желания;
  • выявление в большинстве случаев категорий «стоимость» и «цена» с отдельным выделением категории «стоимость».

Основной ошибкой номиналистов является позиция их теории о том, что стоимость денег определяется государством. Таким образом, теория стоимости труда и товарной природы денег отрицается. Не понимая сущности денег как универсального эквивалента стоимости, объективно вытекающего из товарного обращения, номиналисты наделяли их ценностью, основанной на субъективной воле или желании государства. Номиналисты смешали меру стоимости и шкалу цен. Итак, Дж. Стюарт определил деньги как шкалу с равными делениями.

В то же время номиналистическая теория денег всегда была тесно связана с практикой ведения бизнеса. Так, в Древнем и Средневековье это оправдывало необходимость повреждать монеты, чтобы покрыть чрезвычайные государственные расходы, оправдывало право правительства возвращать испорченные, низшие деньги к своей прежней номинальной стоимости и требовать их принятия не весомым, а государственная печать. Это пришло из заключения номиналистической теории об условной природе денег и основывалось на абсолютизации их функции как средства обращения, когда деньги играют только роль посредника и могут быть заменены дефектными монетами и бумажными банкнотами. В этом случае представители теории номиналистов отрицают функцию денег как меры стоимости и смешивают ее со шкалой цен. Номиналистическая теория денег идеалистична. Он заменяет законы функционирования экономики на определенные правовые нормы и отрицает связь денег с общественными отношениями. Если металлисты отождествляли драгоценные металлы с деньгами и богатством общества, не понимая, что металлические деньги могут быть заменены бумажными деньгами, то номиналисты, наоборот, увеличивали бумажные деньги и отделяли их от товарного производства и обращения.

Конкретные теории денег

Одним из направлений количественной теории денег является функциональная теория, которая рассматривает покупательную способность денег в результате их обращения или функционирования. Функциональная теория денег оправдывает ничтожность их металлического состава за счет выполнения ими своих функций в сфере обращения и имеет различные варианты. Так, в XVIII веке, в период промышленного роста, была особо подчеркнута функция денег как средства обращения и возможность отказаться от металлических денег, а в целом — незначительность металлического содержания денег. В конце XIX в. Функциональную теорию денег широко поддержали представители австрийской школы политической экономии: Ф. Физер, Л. Мизес и другие. Эти экономисты пытались объяснить стоимость денег на основе психологической теории стоимости. Более того, они снизили стоимость товаров до субъективных психологических оценок и объявили деньги средством выражения этих оценок.

По мнению сторонников психологической теории, стоимость денег выражается в ценах товаров и зависит от соотношения, которое складывается между потребностью в деньгах и их массой в обращении. В этом случае сторонники психологической версии функциональной теории денег приходят к близкой количественной теории вывода денег. Однако они отводят важное место психологическим факторам. В связи с этим появляются довольно ортодоксальные высказывания. В частности, такой известный американский экономист, как П. Самуэльсон, считает, что «деньги — это искусственное социальное соглашение. Если по той или иной причине вещь начинает использоваться в качестве денег, тогда все — трезвенники, вегетарианцы и люди, которые не верят в ее внутреннюю полезность, начинают ценить ее».

На современном этапе информационная теория денег также выделяется. Эта теория полностью изучает институт денег, то есть его возникновение, развитие, виды и формы, использование в экономике, в социальной сфере, в международной сфере и направления дальнейшего развития института денег. Информационная теория денег рассматривает их как определенный тип информации, который в современном обществе является одним из важнейших. Поскольку деньги используются для контроля экономической активности и социальной жизни общества, денежные отношения становятся все более важными.

Тем не менее, информация всегда связана с физическим носителем, то есть нет информации без ее носителя. Поэтому возможность использования информации зависит от типа носителя. Если информация представлена ​​на бумаге, то это один из способов ее использования. Принципиально разными возможностями использования информации являются электронные носители. В связи с этим в информационной теории денег выделяются такие виды денег, как, во-первых, физические деньги, носителями которых являются драгоценные металлы (золото и серебро), а их проверка (аутентификация) осуществляется по физическим признакам (вес, химикаты, композиция); во-вторых, именные деньги, себестоимость которых не связана с их номинальной стоимостью (носителем является бумага), а их проверка осуществляется методами государственного принуждения и контроля; в-третьих, деньги на счетах, которые вообще не имеют каких-либо денежных элементов, поскольку они выражаются в виде записей (счетов) в банковских учреждениях, а их проверка осуществляется через банковскую администрацию и не требует вмешательства государства.

Деньги специально рассматриваются в кейнсианской теории денег. Дж. М. Кейнс был склонен к значительному вмешательству государства в денежное обращение. В этом случае выдающийся ученый и экономист утверждал, что «деньги — не что иное, как законное платежное средство, провозглашаемое государством время от времени для выполнения денежных обязательств». Более того, позиция Дж. М. Кейнса состояла в том, что невозможно объяснить процессы, происходящие в экономике, если игнорировать деньги и финансовые отношения.

Дж. М. Кейнс полагал, что деньги — это особый тип облигаций, который возникает, когда банки финансируют фирмы с целью приобретения капитальными активами последних. Кроме того, существует много реальных активов, которые составляют основные активы и которые включают здания, запасы товаров, товары в процессе производства и доставки. Однако номинальные владельцы этих активов занимали деньги много раз, прежде чем смогли получить эти активы в их распоряжении. Следовательно, истинные владельцы богатства владеют соответствующей частью требований об активах. Но эти претензии не на недвижимость, а на деньги.

В соответствии с мнением Дж. М. Кейнса деньги возникают в процессе прямого или косвенного финансирования инвестиций, а также при расширении контроля над существующими капитальными активами. В этом случае увеличение количества денег в обращении используется для финансирования расширенного спроса либо на инвестиционные товары, произведенные в текущем периоде, либо на элементы ранее накопленного запаса капитальных товаров. Следует иметь в виду, что при «создании» денег заемщики обязуются погасить заемные средства. Таким образом, деньги оказываются элементом обширной системы обязательств, связанных с денежными потоками. Существование такой системы обязательств определяется денежными потоками, которые приходят в виде доходов фирм, которые используют средства производства в процессе производства.

Существование финансового спроса на деньги объясняется наличием долговых обязательств. Отсюда следует, что чем больше масса обращающихся денег, тем больше появляется «денежных резервов» и тем больше желание участников экономического процесса занимать деньги. В то же время эти участники подписывают долговые обязательства с целью расширения контроля над оборотным капиталом или приобретения дополнительных финансовых инструментов. Следовательно, чем больше сумма денег с указанными суммами предполагаемого дохода, приносимого в жизнь функционированием средств производства, тем выше цена этих товаров и, соответственно, тем выше ставка оборотных финансовых инструментов, то есть облигаций.

Из вышеизложенного следует, что деньги являются неотъемлемым элементом любой экономической системы. В зависимости от признания роли денег и денежного обращения в экономике возникли и существуют различные монетарные теории. В течение определенного периода времени они могут быть доминирующими, а затем отвергнуты потребностями экономической практики жизни. Поэтому, бесспорно, что эволюция теорий денег предопределяется экономическими, социальными и политическими условиями социального развития.

Анализ практичности количественной теории

Догмат количественной теории денег

На протяжении многих лет макроэкономическая политика российских монетарных властей основывалась на рецептах монетаристской теории, обосновывающей методологию административного регулирования количества денег в обращении как основного инструмента контроля над инфляцией. Российские монетарные власти пытаются следовать формулам из учебников количественной теории денег, отражающим теоретическую взаимосвязь между количеством денег и инфляцией в форме общеизвестной личности:

RT = MV

где: М — денежная масса; П — цены; V — скорость обращения денег; Т — объем товарной массы.

Поскольку эта идентичность не может быть доказана статистически, она интерпретируется как аксиома, из которой выводятся наиболее важные постулаты количественной теории денег. На этой основе даются рекомендации в отношении макроэкономической политики, основанные на прямо пропорциональной взаимосвязи между увеличением количества денег и уровнем инфляции. Так, профессор А. Кудрин пишет: «Согласно классической концепции инфляции, рост цен связан с увеличением денежной массы с постоянной скоростью денег. Без увеличения денег в обращении с постоянной скоростью обращения, сохраняя объем производства товаров и услуг, общий уровень цен в стране остается неизменным независимо от того, как меняются цены на отдельные товары. Дело в том, что для При определенной сумме денег в обращении рост цен на одни товары должен сопровождаться их снижением на другие. В то же время общий индекс цен останется без изменений».

Между тем, можно показать, что это утверждение, которое кажется монетаристам очевидным, на самом деле является ложным. Он отражает статическое состояние экономики в абстрактных моделях рыночного равновесия с нереальными допущениями, тогда как в реальных экономических процессах это не наблюдается. Рассмотрим типичные примеры изменения цен под влиянием НТП и злоупотребления монополистами.

Инновации против инфляции

Предположим, что благодаря внедрению новой технологии себестоимость определенной группы товаров (услуг) снижается. В то же время институты денежного обращения, определяющие его скорость и денежную массу, остаются неизменными. Предположим также, что при производстве рассматриваемой группы товаров заработная плата рабочих не меняется, а эффект от внедрения нового оборудования делится на снижение цены на продукцию и сверхприбыль, направленную на дальнейшее совершенствование технологии. Последнее приведет к дальнейшему снижению цен, что может сопровождаться (или не сопровождаться) увеличением продаж товаров (услуг) этой группы. В первом случае мы имеем одновременное снижение цен и увеличение объема производства товаров с постоянным количеством денег и скоростью обращения. Во втором случае (когда спрос на этот продукт неэластичен по цене), потребители экономят деньги. Если они их спасут, то у нас снова будет снижение цен, при этом все остальные переменные монетаристской идентичности останутся неизменными. И только если они потратят эти деньги, сэкономленные на покупку других товаров, предложение которых неэластично по цене, утверждение, приведенное в статье А. Кудрина, верно. Цены на такие продукты будут расти пропорционально снижению цен на инновационные продукты. Если предложение дополнительно приобретенных товаров будет эластичным по цене, то их производство будет увеличиваться при незначительном росте их цен в условиях неизменного количества денег и скорости обращения. Но нет никаких оснований полагать, что левая сторона монетаристской идентичности останется неизменной.

Чтобы упростить модель, предположим, что новатор не приобретает новые технологии, а производит и совершенствует их. Как и многие производители современного оборудования и программного обеспечения. Тогда эффект увеличения цены нового оборудования при увеличении спроса на него устраняется. Фактически, во многих случаях, характерных для современной экономики знаний, наблюдается противоположная ситуация — с расширением использования новой технологии затраты на ее производство быстро уменьшаются (вплоть до нуля, как при тиражировании программных продуктов). ) с уменьшением инвестиций на единицу эффекта. Это позволяет новатору выбирать стратегию максимизации рынка сбыта его товаров, направляя весь полученный эффект на снижение цен.

Этот пример иллюстрирует возможность снижения инфляции под влиянием научно-технического прогресса. В то же время небольшое увеличение денежной массы, которое идет в развитие новых технологий, дает усиливающийся антиинфляционный эффект, сопровождаемый расширением производства и сбыта соответствующих товаров. Это объясняет типичные для динамично развивающихся стран случаи быстрого роста денежной массы при стабильных и даже снижающихся ценах. Например, в Китае во время бума второй половины 1990-х годов цены упали на фоне увеличения денежной массы на 17%.

Монополии как источник инфляции

Рассмотрим случай повышения цен монополистами с постоянным предложением товаров (услуг). Мы по-прежнему считаем, что условия функционирования других товарных рынков, стабильность институтов, определяющих скорость обращения денег и их объем, а также размер заработной платы, выплачиваемой работникам при производстве товаров этой группы, являются без изменений. Предположим, что монополист сохраняет полученную сверхприбыль. Тогда из-за повышения цены предложение соответствующих товаров уменьшится (если спрос на них будет эластичным по цене), или потребителям придется платить больше. В первом случае произойдет рост цен при уменьшении объема товаров при постоянной денежной массе; во-вторых, потребители будут вынуждены снизить спрос на другие товары. Если их производство неэластично по цене, то произойдет соответствующее снижение цен, что соответствует приведенному выше заявлению А. Кудрина. Если он будет эластичным, то будет достигнуто равновесие с более высоким уровнем цен и меньшим производством товаров.

Этот пример отражает типичную ситуацию в российской экономике, заключающуюся в последовательном повышении тарифов на природный газ, электроэнергию и тепло, рост которого в два раза быстрее инфляции. Монополии в этих областях ежегодно накапливают сверхприбыли, которые могут быть направлены на инвестиции внутри страны или за рубежом. В последнем случае цены растут с уменьшением объема денежной массы (при условии, что валюта покупается у Центрального банка по фиксированному курсу, что соответствует текущей ситуации избыточных валютных резервов). Именно эта картина наблюдалась в первой половине 1990-х годов: цены росли на фоне сокращения денежной массы при экспорте монопольной прибыли, получаемой за границей.

Описанный эффект повышения цен монополией должен быть дополнен эффектом снижения спроса на другие товары, поскольку потребители монопольно поставляемых товаров вынуждены экономить на своей покупке. Этот эффект делится на уменьшение цены и объема предложения этих товаров и зависит от эластичности спроса и предложения по цене на них. Более того, влияние более низких цен на эти товары может уравновесить влияние повышения цен на монополию только в случае неэластичного предложения соответствующих товаров по цене. Это возможно, например, если потребители, столкнувшись с повышением тарифов на газ и электроэнергию, уменьшат платежи за воду и тепло, в поставках которых нельзя отказать. Они также могут перейти с платных медицинских или образовательных услуг на бесплатные. Но снижение платежей населению ниже уровня самообеспечения производства соответствующих товаров должно будет компенсироваться государственными субсидиями.

В общем случае в негосударственном секторе экономики рост цен монополистами не будет компенсирован снижением цен продавцами других товаров, что несколько снизит их предложение. Именно так российские производители реагировали на снижение совокупного спроса в первой половине 90-х годов. Такое поведение соответствует законам, регулирующим функционирование промышленных систем с длинными цепочками технологического сотрудничества.

Изготовитель конечного продукта не может произвольно снижать цены, поскольку производственные затраты определяются затратами на приобретение компонентов у смежных предприятий, которые, в свою очередь, получают компоненты от своих поставщиков. При производстве современной высокотехнологичной продукции общее количество предприятий, участвующих в технологической кооперации, может достигать нескольких тысяч. В этой ситуации производитель конечного продукта ограничен в возможности изменения его цены на величину ожидаемой прибыли. В то же время единственным распространенным продуктом, формирующим затраты для всей технологической цепочки, является электричество. Повышение тарифа на него заставляет всех участников производственно-технического сотрудничества повышать цены на свою продукцию. Поэтому производители сложных товаров реагируют на снижение спроса на них соответствующим сокращением предложения товаров, а не снижением их цены.

Ограниченная догма количественной теории денег

Как следует из приведенных примеров, утверждение, сформулированное в статье А. Кудрина, несмотря на очевидность для монетаристов, на самом деле наблюдается только в частных и довольно экзотических случаях, связанных с неупругостью спроса и предложения товаров по цене. Конечно, у наших примеров также есть определенные соглашения, но они отражают довольно типичные ситуации в современной экономике.

Таким образом, под влиянием новых знаний цена за единицу полезного свойства товара (услуги) может быстро уменьшиться во много раз без изменения параметров денежного обращения без существенного влияния на цены других технологически несвязанных товаров. Например, стоимость вычислительной операции при формировании современной технологической структуры в 1960-1985 гг. уменьшился в 10 тысяч раз. За период интенсивного развития в 1974 — 1992 гг. Стоимость единицы полезного эффекта компьютерной техники снизилась в 20 раз, что сопровождалось быстрым ростом спроса на нее и соответствующим увеличением предложения. Другой пример: внедрение технологии стволовых клеток в медицине делает ненужным ряд дорогостоящих хирургических операций. Здесь цена на услугу снижается без увеличения объема поставок (если, конечно, всем, кто нуждается в лечении, ранее не была предоставлена ​​возможность провести хирургическую операцию). Своевременная вакцинация населения может резко снизить уровень заболеваемости, что снижает спрос на лекарства и медицинские услуги, является примером одновременного снижения цен и предложения товаров.

В приведенных выше примерах нетипичным является предположение о замораживании сверхприбылей инноваторами и монополистами. В действительности, конечно, они направляют эти средства либо на инвестиции, либо на потребление, либо сохраняют их. Если мы рассмотрим пример с новатором, то в первом случае цены продолжат снижаться с ростом спроса на инвестиционное оборудование, что может привести к незначительному росту цен на него. Заявление А. Кудрина будет верным только в том случае, если это увеличение будет равно снижению цен на данный товар из-за использования этого оборудования. Здесь предполагаются монопольное положение продавца и полное знание о влиянии использования этого оборудования на конкретного потребителя. Кроме того, такое поведение продавца возможно только при отсутствии антимонопольного законодательства.

В наших иллюстративных примерах реальный эффект от снижения цен на продукцию намного превышает гипотетический рост цен на оборудование. Если новатор направляет сверхприбыль на потребление, то утверждение А. Кудрина будет верным только тогда, когда оно вызовет рост цен на потребительские товары, равный снижению цен на данный товар. Если сверхприбыль пойдет на сбережения, это приведет к увеличению кредита (при условии, что накопленная прибыль не вывозится за границу); В результате спрос на товары, приобретаемые его получателями, несколько возрастет. Тогда взаимосвязь между изменением цен на разные товары будет более сложной, хотя она все равно будет определяться эластичностью их спроса и предложения по цене. Если накопленная сверхприбыль вывозится за границу, а валюта покупается у Центрального банка по постоянному обменному курсу, тогда сумма денег уменьшается. В примере с новатором в этом случае цены снизятся, а предложение товаров увеличится, а количество денег в экономике уменьшится.

Таким образом, вопреки мнению монетаристов, цены могут расти и падать, а все остальные переменные остаются неизменными, включая предложение денег. В этом случае может происходить как увеличение, так и уменьшение предложения товаров в зависимости от содержания процессов, происходящих в экономике. Внедрение новых технологий влечет за собой снижение цен, а злоупотребление монополистами вызывает их повышение. Изменения цен на товары одной группы необязательно должны компенсироваться противоположным изменением цен на товары других групп. Более того, можно утверждать, что такая компенсация возможна только в экзотических случаях неупругого спроса и предложения товаров по цене, которая соответствует чисто спекулятивной ситуации бесконечного воспроизводства определенного состояния равновесия экономической системы.

Следовательно, монетаристская идентичность отражает статическую ситуацию, которая теоретически может быть воспроизведена как некое состояние рыночного равновесия в абстрактной математической модели. При создании зависимостей, отражающих реальные экономические процессы, переменные этой идентичности могут изменяться независимо друг от друга. На самом деле экономика никогда не воспроизводит состояние равновесия; в каждый момент времени он переходит в новое состояние со своими значениями переменных монетаристической идентичности. Это делает бессмысленным любое из его толкований для разработки практических рекомендаций.

Столкнувшись с проблемами практического применения количественной теории денег, монетаристы обычно «сбрасывают» все необъяснимые факторы на скорость их обращения. Нет сомнений в том, что они попытаются опровергнуть приведенные выше примеры теоретическими предположениями об изменении скорости денег. Но, во-первых, для этого нам нужно научиться это измерять. Разделение ВВП на денежную массу нельзя считать правильным способом определения скорости денежного обращения из-за общеизвестной обусловленности самого индикатора ВВП, который отражает только уровень коммерческой активности.

Во-вторых, перераспределение спроса между различными сегментами рынка будет иметь разнонаправленное влияние на скорость обращения денег, результат которого также необходимо изучить для измерения в конкретных ситуациях. Таким образом, если инноваторы или монополисты тратят сверхприбыль, полученную в приведенных выше примерах, на спекулятивные операции, то скорость денежного обращения будет увеличиваться, а если на строительстве новых заводов — уменьшаться.

В-третьих, движение денег между различными сегментами рынка происходит по разным каналам денежного обращения, каждый из которых имеет свою скорость. В зависимости от того, какие из них будут использовать владельцы сверхприбылей, скорость денежного обращения также будет меняться. Если они хранят свои средства в долгосрочных депозитах или отправляют их в пенсионные или страховые фонды, скорость денежного обращения будет значительно ниже, чем если бы они хранились на текущих счетах.

Таким образом, ссылка на изменение скорости обращения денег по существу ничего не объясняет в приведенных выше примерах. Он может оставаться неизменным, как они предполагаются, и может меняться в любом направлении, независимо от изменения других параметров монетаристской идентичности в соответствии с поведением экономических агентов.

Догматизм монетарных властей

Как следует из анализа, при постоянных параметрах денежного обращения уровень инфляции прямо пропорционален весу монопольно растущих цен и обратно пропорционален весу падающих цен под влиянием новых знаний и технологий. Остальная часть экономики только ослабляет последствия монопольного и инновационного секторов. Очевидно, что те же самые эффекты будут наблюдаться, когда условие неизменности денежной массы и скорости обращения денег будет снято. Этот вывод соответствует здравому смыслу, отражающему осмысленное понимание экономических процессов. Если государство сдерживает рост цен монополистов и способствует росту инновационной активности, то можно ожидать снижения цен и увеличения производства товаров даже при растущей денежной массе. И наоборот: если это побуждает монополистов повышать цены и обеспечивает плохой инновационный климат, то нам следует ожидать высокой инфляции даже при уменьшении денежной массы.

Из вышеизложенного не делается никаких выводов относительно влияния роста денежной массы на инфляцию. Конечно, изменения в денежной массе и скорости обращения денег оказывают соответствующее влияние на динамику цен, но они не имеют характера линейной пропорциональной зависимости, как это может показаться монетаристской идентичностью. В реальной экономике это влияние опосредуется сложными процессами ценообразования, на которые влияют научно-технический прогресс, естественные и неестественные монополии, инфляционные ожидания и склонность к сбережениям экономических агентов и другие факторы.

Как ни странно, эта очевидная логика недоступна для понимания российскими монетарными властями, которые руководствуются догмами статичной картины экономики, представленной в абстрактных монетаристских моделях. В результате догматического подхода к денежно-кредитной политике применяется ошибочная методология макроэкономического регулирования, и страна терпит значительные убытки.

Итак, из монетаристской идентичности делается практический вывод о борьбе с инфляцией на основе административного регулирования денежной массы путем ежегодного планирования роста денежной базы. К сожалению, ни Центральный банк, ни Правительство Российской Федерации не публикуют методы соответствующих расчетов, ограничиваясь общими дискуссиями об этих отношениях и действуя, по сути, наугад, основываясь на субъективных чувствах своих руководителей. В любом случае, линейные регрессии, ранее использовавшиеся для этой цели, имитирующие взаимосвязь между увеличением суммы денег и уровнем инфляции, изначально не имели значимого значения из-за высокой автокорреляции, но в последние годы они потеряли свои Формальное значение, так как инфляция снизилась в условиях быстрого роста денежной массы и повышения уровня монетизации экономики.

Свидетельством ошибочности используемой методологии денежно-кредитного планирования являются систематические ошибки в ежегодно определяемых на основе инфляции целевых показателях инфляции при росте денежной базы. Стремясь снизить инфляцию, Банк России постоянно недооценивает целевой уровень роста денежной массы, недооценивая его прогнозное значение в полтора-два раза по отношению к реальному спросу на деньги на основе результатов соответствующего прогнозного периода. Эта системная ошибка влечет за собой немонетизацию российской экономики, что приводит к искусственному сдерживанию инвестиционной активности и замедлению экономического роста.

Много научных работ написано о неадекватности методологии административного планирования денежной массы, используемой российскими монетарными властями. В результате его применения российская экономика понесла огромные потери в 1990-х годах. И в настоящее время попытки количественного планирования денежной массы превращаются в искусственное замораживание половины накопительного фонда, связывая экономику с иностранными кредитными ресурсами, блокируя развитие собственной кредитно-финансовой системы и замедляя экономический рост.

Еще одним негативным последствием текущей денежно-кредитной политики для внутренней финансовой системы является быстрое вытеснение иностранных конкурентов с рынка кредитования отечественных банков. Количественное ограничение роста денежной массы способствует завышению процентных ставок на российском рынке по отношению к денежным рынкам стран с гибкой монетарной политикой. В результате происходит переориентация российских заемщиков на внешние кредитные ресурсы. Быстрый рост внешних кредитов российских предприятий и банков, объем которых превысил 400 миллиардов долларов США и приблизился к величине национальных валютных резервов, привел к доминированию иностранных кредиторов в качестве источников денежной массы: более половины денежной массы в российской экономике формировалась на фоне внешних заимствований.

Таким образом, рост внешних займов блокирует развитие отечественной банковской системы. В то же время российская экономика теряет сеньораж — эмиссионный доход, присваиваемый иностранными кредиторами. В рамках экспорта наших природных ресурсов монетарные власти ЕС и США выдают свои денежные ресурсы, которые затем предоставляются российским заемщикам под соответствующий процент. Банк России автоматически выпускает рубли по этим иностранным кредитам, сокращая предложение денег для внутреннего рынка и предоставляя российским денежным пространствам иностранные эмитенты.

Несмотря на многочисленные свидетельства того, что административное планирование суммы денег неадекватно для целей экономического развития, российские монетарные власти продолжают эту практику с упорством, достойным лучшего применения. Ссылаясь на одно малоизвестное обсуждение зависимости инфляции от предложения денег, проведенное апологетами Вашингтонского консенсуса, А. Кудрин повторяет вывод своих авторов: «Для всей совокупности данных обоснованность теории не вызывает сомнений: Прямая пропорциональная связь между ростом денежной массы и инфляцией в экономике очевидна и статистически подтверждена. «К сожалению, он не знаком с результатами других, более углубленных исследований взаимосвязи между динамикой денежной массы и уровнем инфляции по крайней мере в репрезентативных выборках, которые показывают ее статистическую незначимость.

Анализ отношения денежной массы к ВВП, проведенный по статистике всех постсоциалистических стран, рассеивает любые иллюзии относительно необходимости ограничения денежной массы для успешного осуществления макроэкономической стабилизации. Лидером по этому показателю является Китай, где объем М2 за последние три года в 1,5 раза превышает уровень ВВП. За ними следуют Чешская Республика (73,7%) и Словакия (67,6%) (по данным 2001 года), за которыми следует группа с плотным реформированием (43-50%), успешно реформированные страны Восточной Европы (Словения, Хорватия, Польша) и не знающие экономических спад Вьетнама.

Из всех стран с переходной экономикой только Украина и Латвия демонстрируют положительную корреляцию между инфляцией и отношением М2 к ВВП, а отрицательная — Польша, Словения, Китай (в этих трех странах это также превышает 80%). как Румыния и Хорватия. Положительная корреляция между инфляцией и общей денежной массой M2 была обнаружена в Украине и Румынии, а отрицательная — в Венгрии, Словении, Чехии, Словакии, Молдове, Азербайджане, Казахстане, Эстонии, Литве, Китае, Вьетнаме, а также в Латвии и России.

Исследования, проведенные экспертами Всемирного банка, также показали, что существует четко определенная обратная корреляция между количеством денег в обращении (предложение денег в процентах от ВВП) и уровнем инфляции: чем меньше денег в обращении, тем выше уровень инфляции , Объяснение обратной связи между объемом M2 и инфляцией очень просто. Ограничительная финансовая политика, направленная на сжатие агрегата М2, не влечет за собой сокращения денежной массы, а только приводит к ухудшению ее качества. Вместо ликвидных денежных агрегатов каналы денежного обращения заполнены финансовыми неликвидными активами, денежными заменителями, различными долговыми обязательствами, накопление которых приводит к кризису платежей. Последнее способствует углублению экономического спада, и это, в свою очередь, является наиболее важным фактором инфляционных процессов, поскольку увеличивает дисбаланс между количеством денег в обращении, который практически не меняется (несмотря на сжатие M2) и объем их товарного охвата.

Заключение

В заключение следует отметить, что деньги — это очень многочисленная и сложная экономическая категория, поэтому сложно дать ее исчерпывающее определение. И это связано, прежде всего, с отсутствием единого взгляда на их сущность.

Например, Ф. Уокер определил деньги так: «Деньги — это то, что они делают», Р. Барр: «… это средство обмена, общепринятое в данном платежном сообществе», Дж. Хикс: «Деньги определяется функциями; деньги — это то, что используется в качестве денег», Ф. Мишкин: « … это все, что обычно принимают в качестве оплаты товаров и услуг или погашения долгов».

Адам Смит первоначально говорил о деньгах, подчеркивая, что мы используем деньги, чтобы освободиться от них, то есть это универсальный тип вещей, который человек может использовать, только передавая его другим людям, в то время как другие типы вещей используются людьми через приобретение, присвоение.

На протяжении всего развития человечества экономисты пытались определить сущность денег, их роль, происхождение, ценность, выдвигая ту или иную теорию денег. Однако ни один из них не является универсальным, у каждого есть свои преимущества и недостатки, свои сторонники и критики. Но каждая теория денег вводит что-то новое в хорошо известное понятие «деньги».

Деньги выполняют 5 основных функций:

  • мера стоимости;
  • средства обращения;
  • платежный инструмент;
  • средства накопления;
  • мировые деньги.

Все они тесно связаны и дополняют друг друга.

На данном этапе предыдущие теории денег переосмысливаются и дополняются, создаются и будут создаваться новые, что подчеркивает исключительную значимость и необходимость денег.

Сегодня экономисты в промышленно развитых странах придерживаются в основном номиналистических взглядов на природу денег. Рассматривая различные товарные формы денег, они исходят из того, что, во-первых, деньги на ранних этапах своего развития имели только форму товара, но на самом деле они не были товарами, во-вторых, деньги возникли как товар, но затем их сущность изменилась, и они утратили товарную форму, в-третьих, деньги носят товарный характер, но фактически являются условной единицей учета. В настоящее время наиболее распространенной точкой зрения является понимание денег как условных номинальных (счетных) знаков, которые не имеют внутренней ценности и используются в качестве посредников при обмене, а также для погашения долгов между партнерами по обмену.

С моей точки зрения, я бы определил деньги как универсальный эквивалент, как движущую силу и неотъемлемый элемент развития национальной экономики.