Орудия производства
А ровно через десять лет, в 1948 году, такой же премии удостаивается Томас Нарсежак (подлинное имя-Пьер Эро), работавший в то время преподавателем философии в университете и писавший на досуге под псевдонимом иронические детективы. Они познакомились во время вручения награды Томасу Нарсежаку и выяснили, что оба одинаково недовольны состоянием жанра, в котором работают. Его главный недостаток они видели в оторванности от живого человека, в увлечении чисто «игровой» стороной дела, в недооценке богатых возможностей, заложенных в детективном романе. Придя к убеждению, что писать нужно совсем иначе, они стали работать вдвоем. Так появился новый писатель —Буало—Нарсежак. С тех пор прошло почти сорок лет. Соавторы стали знаменитыми на весь мир. Они написали около 50 романов и повестей, многие из них были экранизированы. На их основе крупные французские и иностранные режиссеры поставили немало фильмов, получивших всемирную известность. Роман «Та, которой не стало» (1952) стал первым совместным произведением Буало и Нарсежака. Желая представить впервые и потому как можно нагляднее и убедительнее свое новое понимание природы жанра, авторы сознательно заостряют, чуть утрируя, те сложные ситуации и конфликты, которые полнее всего высвечивают абсолютную жестокость преступника, полностью лишенного человечности, и в то же время дают почувствовать, что преступные действия «режут по живому», разрушают личность и губят ее. Эта задача определила и содержание, и способы его художественного воплощения. Нет в этом романе ни привычного персонажа сыщика-расследователя, ни допросов свидетелей, ни поиска улик, ни снятия отпечатков пальцев. Преступление совершается вроде бы на глазах у читателя, который видит, кто убил, и знает почему Этим обычно заканчивается традиционный «полицейский роман». Но здесь это только завязка. Буало и Нарсежак стремятся доказать, что дело обстоит не так просто, как казалось прежде авторам классического детектива, у которых была одна забота —как можно интереснее и увлекательнее показать раскрытие преступления. К середине XX века, после того, что произошло, происходит и может произойти с человечеством, потеряла былую ценность человеческая личность, рухнули все сдерживающие центры и моральные «табу» у людей, одержимщ лихорадочным стремлением к наживе, к материальному процветанию. Трудно в этом социально-психологическом климате кого-ли-бо потрясти обычным, рядовым убийством, даже таким отвратительным, каким оно изображено в романе. Авторы ставят своей целью показать глубину безнравственности, высокую степень небывалой бесчеловечности и особую изощренность действий преступника образца 50-х годов. В его арсенале имеются уже не только яд, нож или пуля, но и сложная, тщательно продуманная система обманов, ложных инсценировок, создающих эффективное и безотказное воздействие на психику жертвы, которая доводится до гибели. Психология, таким образом, включается в инструментарий преступника, становится как бы одним из его наиболее действенных «орудий производства». Воздвигается сложная «инженерия» лжи, куда входят и показанное читателям в начале книги убийство, и таинственные, непостижимые, страшные события и обстоятельства, с которыми сталкивается герой романа. Все это в целом является как бы подготовкой к медленному, постепенному свершению еще более утонченного и беспощадного преступления, чем то, что было показано вначале. Детектпвность сюжета тем самым переносится в период до преступления, а не после, как положено в традиционном детективном романе. Роль же детектива, ведущего поиск, выполняет фактически сам герой романа — будущая жертва. Он пытается разобраться в непонятных и пугающих его явлениях, анализирует, сопоставляет, размышляет, то есть делает то, что обычно входит в функцию сыщика. Но он не одерживает победу, а, напротив, сам погибает. И самое страшное в том, что его смерть была как бы запрограммирована„ предусмотрена преступником. Все инсценировки и обманы для того и создавались, чтобы вызвать у него рассчитанные заранее реакции. Зло, таким образом, не наказано, а торжествует, что подрывает одно из основных условий привычного детективного повествования, в котором непременно все будет раскрыто, а злодей-преступник понесет заслуженное наказание.