Франция
Франция — страна давних гуманистических традиций. Тема защиты человека, отстаивание права личности на ее полное самовыявление проходит красной нитью через всю французскую литературу. Не случайно поэтому одно из ведущих мест в ней занимает психологический роман, непосредственно нацеленный на раскрытие внутреннего мира человека, на изображение отношений между людьми, прежде всего в сфере частной жизни. Сквозь призму нравственно-психологических, жизненных конфликтов оценивается в конечном счете в этих произведениях конкретная социальная действительность, которая как бы проходит проверку на гуманистичность. Психологические романы в их лучших образцах раскрывают внутреннюю природу общества, в ее соотнесенности с человеческими ценностями. Вторая мировая война и последующие за ней десятилетия привели к существенным переменам и сильным потрясениям в странах Европы. Резкий экономический скачок, который предприняла Франция в 50—60-е годы, не только поднял ее из состояния послевоенной разрухи, но и сделал одной из наиболее развитых и богатых стран мира. Однако этот прогресс достался дорогой ценой. Установилось безраздельное господство крупных монополий и связанного с ними технократического и политического аппарата, произошло беспрецедентное обогащение небольшой группы населения и общее повышение жизненного уровня в стране, но при этом явное обнищание миллионов людей (возросло число безработных, обездоленных, бездомных, нищих). Происшедшие во Франции резкие сдвиги привели к тому, что значительно откровеннее, чем когда-либо прежде, проступили наружу скрытые (точнее говоря, скрываемые) пороки капиталистического общества — безнравственность и бесчеловечность, ничем не прикрытый культ наживы и выгоды. Произошло явное снижение значимости Человека и всей системы поддерживающих его духовно-нравственных устоев. Обнажилась хрупкость человеческой жизни, обнаружились ее эфемерность и уязвимость, стало также очевидным, что отдельному индивиду негде искать духовной опоры, ибо рухнули былые верования, убеждения, идеалы. Осталась только суровая реальность с ее жестокой борьбой за существование, где побеждают самые напористые, беззастенчивые и бестрепетные люди, лишенные души и сердца. Французские писатели с возмущением отреагировали на такое попрание человеческого начала, на торжество холодного делячества и цинизма. Естественно, что особенно заметно проявилось это в жанре психологического романа. Большинство его авторов с горечью и волнением пишут о трагической судьбе личности, испытывающей тревогу и смятение в безжалостном и жестоком мире. Одни авторы видят в этом проявление несовершенства человеческого бытия как такового и показывают его изъяны и пороки, другие обвиняют общество и вскрывают его прямую пли косвенную причастность к бедам отдельного индивида, третьи пытаются найти «островки» человечности, где сохраняются теплота и сердечность общения между людьми. Но как бы то ни'было число психологических романов, раскрывающих трагедию дегуманизации общества, заметно возросло во Франции в 50—60-е годы. Психологизм, отражающий обострившуюся чувствительность ко всякого рода покушениям на честь и достоинство личности, настолько пропитал литературную атмосферу послевоенной Франции, что даже затронул такой жанр, как детективный роман, который возник еще в XIX веке как прославление рационализма и торжества логики. Впоследствии (в нашем столетии) эти победы разума утратили свою значительность, потускнели и выродились в умело представленное разгадывание «загадок», созданных преступлением. Раскрытию внутреннего мира персонажей в этих «романах-загадках» не уделяется особого внимания, ибо это обычно бывает ненужным для распутывания узла таинственных событий. Детективы-расследователи оперируют чисто логическими выкладками и материально различимыми следами и уликами. Правда, еще в 30-е годы Жорж Сименон включил в свои книги значительный элемент психологизма. Он создал развернутый образ комиссара Мегрэ, показав не только его детективные способности, но и его личные, человеческие качества. Герой Спменона расследует глубокие побудительные мотивы поступков людей, приоткрывает тайну их внутреннего мира, дает им психологическую характеристику. Жорж Сименон тем самым «очеловечивает» жанр детектива, ломает представление о нем как лишь о «игре ума». Но в конечном счете детектив все же остается в рамках традиционного «романа-загадки». Внедрение в область психологии помогает его герою найти подлинных преступников и отвести меч правосудия от невиновных. Психология в его романах выполняет, таким образом, детективную функцию, служит инструментом расследования. В начале 50-х годов французские писатели—Пьер Буало (род. в 1906 г.) и Томас Нарсежак (род. в 1908 г.) —пошли еще дальше создателя Мегрэ. Они переместили акценты. Представленная в их книгах детективная история—не самоцель, а средство раскрытия трагедии личности, оказавшейся в опасности в результате действий преступника. Новаторство Буало и Нарсежака состояло в том, что они обратили внимание на, казалось бы, очевидную истину: преступление, тем более убийство,—это же бесчеловечная акция. Какая может быть «игра ума» с увлекательной целью отгадать, кто же преступник, если речь идет об уничтожении Человека. Кто бы он ни был—это живой человек, испытывающий боль, страх, желание жить. Его уничтожение — страшная беда, которую авторы дают почувствовать читателю, раскрывая перед ним волнение, тревогу и страдание жертвы в момент, когда она все явственнее различает надвигающуюся опасность. Буало и Нарсежак умело конструируют сложное переплетение смертельных «ловушек», в которых бьется попавший в них человек, не понимающий, что с ним происходит. Они после нагнетания непонятных и загадочных обстоятельств дают в конце концов им логическое объяснение, а как авторы психологического романа, используют детективный сюжет для более выразительного и впечатляющего изображения внутреннего мира личности, показанной в экстремальной кризисной ситуации. Они соединяют тем самым в органическом, целостном единстве два жанра — детективный и психологический, создают особый вид литературы—«психологический детективный роман». Оба писателя пришли к созданию такого романа, уже имея за плечами определенный опыт работы в области детективной прозы. Еще в 1938 году Пьер Буало — тогда скромный торговый служащий—получил за книгу «Отдых Вакха»