Антимонопольная политика государства

Предмет: Экономика
Тип работы: Курсовая работа
Язык: Русский
Дата добавления: 14.04.2019

 

 

 

 

  • Данный тип работы не является научным трудом, не является готовой выпускной квалификационной работой!
  • Данный тип работы представляет собой готовый результат обработки, структурирования и форматирования собранной информации, предназначенной для использования в качестве источника материала для самостоятельной подготовки учебной работы.

Если вам тяжело разобраться в данной теме напишите мне в whatsapp разберём вашу тему, согласуем сроки и я вам помогу!

 

По этой ссылке вы сможете найти много готовых курсовых работ по экономике:

 

Много готовых курсовых работ по экономике

 

Посмотрите похожие темы возможно они вам могут быть полезны:

 

Асимметричная информация и неблагоприятный отбор
Рынок «лимонов» дж. Акерлофа
Экономические теории олигополистического ценообразования
«Ломаная» кривая спроса и другие модели олигополии


Введение:

Функционирование экономической системы, динамика ее основных характеристик, возможностей, а также ограничения экономического роста определяются взаимодействием ряда институциональных структур, важнейшими из которых являются крупный бизнес и государство. Крупный бизнес связан с наличием инновационного потенциала, формированием конкурентных преимуществ страны (региона), что позволяет рассматривать его как катализатор экономического роста. В то же время, это может привести к замедлению развития малого и среднего бизнеса, крупные бизнес-организации могут блокировать институциональные изменения, лоббировать свои интересы. Именно государство должно действовать как сила, которая, с одной стороны, блокирует возможные негативные последствия функционирования крупного бизнеса, а с другой стороны, направляет их развитие на формирование конкурентных преимуществ страны (региона), их сохранение и реализация.

Глобальные тенденции экономического развития таковы, что процессы монополизации, начавшиеся в XIX веке, усиливаются в современном мире, пронизывают все уровни экономики и проникают во все сферы.

Нельзя игнорировать значительные социально-экономические издержки монополий, связанные с обладанием монопольной властью. Все это определяет необходимость постоянного контроля со стороны государства за состоянием секторов и отраслей экономики, динамикой уровня концентрации и ценовых стратегий крупных бизнес-структур.

Антимонопольная политика, конечно, очень важна для экономики государства. Продуманные меры по регулированию монополий способствуют развитию конкуренции, стабилизации рынка и улучшению экономики в целом. Роль государства в так называемые критические, переходные периоды особенно ярко проявляется. Таким образом, мировой экономический кризис 1929-1933 гг. Сыграл исключительную роль в формировании инструментария для государственного вмешательства и регулирования. Это привело к тому, что объемы производства в основных странах сократились вдвое, международная торговля прекратилась. Глобальный кризис, который начался в 2008 году, выявил проблемы в этой области еще глубже и детальнее. Поэтому государства были вынуждены взять на себя широкие экономические функции в борьбе с кризисами. Оказалось, что рыночный механизм должен объективно дополняться мерами государственного регулирования. Одним из важных видов государственного регулирования является регулирование монополий.

Без активной роли государства нет и не может быть эффективной социально ориентированной экономики, основанной на современных достижениях науки и техники. Государство всегда сохраняет классические функции, такие как: обеспечение свободы предпринимательства, стимулирование деловой активности и борьба с монопольными тенденциями.

Объем государственного регулирования, его конкретные формы и методы значительно различаются по странам. Они отражают как историю, так и традиции, размер страны и многие другие факторы. Задачи государства связаны не только с созданием условий для функционирования рынка, но и с борьбой с монополизацией рынка.

Целью изучения данной курсовой работы является анализ экономических и социальных последствий монопольной деятельности, сравнение антимонопольного законодательства развитых стран, выявление и определение особенностей антимонопольной политики в современной России.

Монополия

Монополия: понятие, виды

В мировой экономической теории существует понятие, подобное теории монополии.

В рамках этой теории монополия рассматривается через призму трех аспектов:

  • с точки зрения структуры рынка
  • с точки зрения поведения на рынке
  • с точки зрения рыночных результатов.

Рассматривая каждый из этих аспектов отдельно, следует уточнить, что на основе структуры рынка может быть дано следующее определение:

Монополия - это форма рынка, на которой весь объем предложения приходится только на один субъект. При изучении монополии через призму этого конкретного аспекта большое внимание уделяется выяснению пространственных границ, в пределах которых определяется доминирование этого субъекта. Такое пространство обычно называют индустрией.

Монополия - это когда в отрасли доминирует только одна фирма, а границы фирмы и отрасли совпадают.

Давая такое же определение монополии с точки зрения поведения рынка, теория монополии изучает использование предмета основных инструментов (таких как цена рекламы ...). При монополии субъект оперирует этими инструментами без учета конкуренции, а следовательно, и интересов конкурентов.

Теория монополии, которая в наибольшей степени ориентирована на рыночные результаты, отмечает, что монопольные результаты связаны со следующими факторами:

  • монопольные высокие цены
  • ограниченная готовность монополии к инновациям.

Признаки монополии:

  • Монополистический рынок представлен одним продавцом и множеством покупателей.
  • Произведенные продукты являются уникальными (то есть, нет заменяющих продуктов).
  • Выход новых фирм на рынок практически невозможен из-за барьеров. Существуют различные причины существования таких барьеров, например:
  1. большой размер предприятий и экономия от масштаба производства
  2. система лицензий на выполнение отдельных видов работ, выбранных государством
  3. монопольное владение использованием определенных ресурсов, связанных с производством редкого товара (например, алмазов)
  4. при естественной монополии сами условия производства и характер доброго дела
  5. недобросовестная конкуренция, то есть воздействие на покупателей способами, нечестными по отношению к конкуренту, за счет большого бюджета и масштаба предприятия в целом.
  • Сложность в получении полной информации обо всем рынке.

Существует три типа монополии: закрытая, естественная и открытая.

Закрытая монополия - это монополия, защищенная от конкуренции правовыми ограничениями, патентной защитой, институтами авторского права и т. д. Примером является монополия Почтовой службы США на доставку почты первого класса.

Естественная монополия возникает в отрасли, в которой долгосрочные средние затраты минимальны только тогда, когда одна фирма обслуживает весь рынок. В такой отрасли минимальный эффективный масштаб производства близок или даже превышает количество, требуемое рынком, по любой цене, достаточной для покрытия производственных затрат. В этой ситуации разделение продукции между двумя или более фирмами приведет к тому, что масштабы производства будут неэффективно малы. Как упоминалось ранее, монополии, основанные на владении уникальными природными ресурсами, тесно связаны с естественными монополиями, в основе которых лежит экономия от масштаба производства.

Открытая монополия - это монополия, в которой одна фирма (по крайней мере, на определенный период) является единственным поставщиком продукции, но не имеет специальной правовой защиты от конкуренции. Примером таких фирм являются фирмы, которые впервые вышли на рынок с новыми продуктами.

Но такое разделение не означает, что все монопольные предприятия должны обязательно принадлежать только одному из этих типов. Эта классификация в значительной степени произвольна. Некоторые фирмы могут принадлежать к нескольким типам монополий, например, к компаниям телефонной связи, а также к компаниям, занимающимся электроэнергией и газом, которые могут быть классифицированы как естественные монополии (поскольку существует эффект масштаба) или закрытая монополия (так как являются правовыми барьерами для конкуренции).

Практически все монополии могут считаться открытыми, поскольку судебные барьеры, защищающие закрытые монополии от конкурентов, могут быть отменены судами, а преимущества естественных монополий могут быть устранены изменениями в технологии. А также все монополии подвержены влиянию конкуренции со стороны возможных товаров-заменителей.

Есть несколько последствий монополизации, таких как:

  • недопроизводство товара
  • завышение цен
  • предприятия-монополисты не получали высоких монопольных прибылей.
  • х-неэффективность, то есть неумелое управление бизнесом, приводящее к увеличению издержек выше объективно определенного уровня.

Сущность и характеристики всех монополистических объединений четко проявляются в целях и характере их поведения. Поведение монополистических ассоциаций отличается от того, что мы знаем о совершенной конкуренции, принципиально иным подходом к ценообразованию. Монополисты завоевывают рынок для того, чтобы собирать своего рода дань с хозяйствующих субъектов, зависящих от них, с помощью устанавливаемых ими цен. Таким образом, они получают гораздо более высокие доходы по сравнению со своим средним уровнем, установленным в национальной экономике. Как известно, участники свободной конкуренции воспринимают рыночную цену как сформированную независимо от их участия. Но сами монополисты и по своему усмотрению устанавливают цены на свою продукцию. Если монополия получает право продавать товары, она стремится продать как можно больше и получить максимальную прибыль. В условиях совершенной конкуренции при определении равновесной цены учитывается взаимодействие спроса и предложения (соответственно, кривая спроса и кривая предложения). Однако монополистические объединения совсем не учитывают объективно необходимый объем производства товаров. Поэтому при определении динамики цен на продукцию монополий вообще нет кривой предложения. Эти организации манипулируют законом спроса: они влияют на цену и объем спроса в своих интересах. Доминирующие фирмы на рынке используют монопольную цену в качестве своего основного инструмента. Монопольная цена - это особый тип рыночной цены, который устанавливается на уровне выше или ниже социальной стоимости или равновесной цены для получения монопольной прибыли. Монополисты не принимают цену как дано. Их можно охарактеризовать как производителей цен, потому что они принимают кривую рыночного спроса как данность и сами выбирают цену и объем производства. Поскольку нет никакой связи между ценой монополиста и уровнем производства, нет кривой предложения для монополиста. Однако следует отметить, что когда на рынке существует монополия, которая покупает продукцию у производителей, в качестве ориентира монопольной цены используется кривая предложения. Но с доминированием монополии и монопсонии существует только одна кривая, поэтому равновесная цена не формируется.

Правила поведения для монопольных фирм зависят от того, как они проводят свое «производство цен»:

  • Фирмы устанавливают монопольно высокие цены на свою продукцию, которые превышают социальную ценность или возможную равновесную цену. Это достигается тем, что монополисты намеренно создают зону дефицита, сокращая объемы производства и искусственно создавая повышенный потребительский спрос.
  • Монопсония устанавливает монопольные низкие цены на товары, приобретаемые у посторонних. Понижение цены по сравнению с социальной ценностью или возможной равновесной ценой достигается путем искусственного создания избыточной зоны. В этом случае монопсония намеренно сокращает закупки товаров, из-за чего их предложение превышает монопольный спрос. Обычно это касается монопсонии, которая занимается переработкой сельскохозяйственной продукции, закупаемой у множества мелких фермерских хозяйств. Кроме того, монопсония западных стран давно покупает дешевое сырье у предпринимателей и мелких товаропроизводителей в Азии, Африке и Латинской Америке. Низкие цены установлены на ряд традиционных африканских экспортных товаров (чай, кофе, какао).

Фирма, которая является одновременно монополией и монопсонией, удваивает «дань», которую она собирает, с помощью так называемых «ценовых ножниц». Мы говорим о монопольно высоких и монопольно низких ценах, уровни которых отходят друг от друга, как расходящиеся ножницы.

Это движение основано на расширении зон дефицита и избытка товаров. Это характерно для многих производственных предприятий, которые в условиях инфляции повышают цены на готовую продукцию в несколько раз больше, чем цены в добывающих отраслях.

В нашей стране «ценовые ножницы» особенно широко использовались при индустриализации народного хозяйства. Государство, выполняя роль монополии и монопсонии, установило относительно высокие цены на промышленную продукцию и очень низкие закупочные цены на сельскохозяйственное сырье, что нанесло большой урон сельскому хозяйству. До сих пор этот вид «ценовых ножниц» не был устранен. Например, в 1994 году цены на промышленные средства производства сельскохозяйственной продукции росли в 3 раза быстрее, чем цены на сельскохозяйственную продукцию. Такая же тенденция наблюдается во время нынешнего глобального кризиса.

Монополисты сознательно сдерживают совершенствование технологий и технологий, чтобы не подорвать искусственно поддерживаемый дефицит и, следовательно, не потерять монопольные выгоды. Они скупают последние патенты на изобретения и не разрешают их использовать в производстве. Они делают это до тех пор, пока усиленная конкуренция не заставит их внедрять научно-технические достижения.

Чтобы более подробно понять последствия деятельности монополий и понять, почему создание монополий нежелательно с социальной точки зрения, давайте нарисуем графическое сравнение совершенной конкуренции и простой монополии.

Давайте внимательнее посмотрим на ситуацию для монополии. Для простоты кривые спроса и предложения остаются такими же, как и в случае совершенной конкуренции. Чтобы извлечь максимальную прибыль, фирма-монополист ограничивает объем производства, скажем, не 7, а 4 единицами производства и устанавливает цену в 310 долларов США. е. за единицу. Потребители получают излишки, равные площади, ограниченной кривой спроса и линией цен. Монополист, со своей стороны, получает существенный излишек производителя. Четвертый выпуск аппарата продан за 310 долларов, то есть в нем всего 150 куб. е. издержки производства и, таким образом, приносят излишек в размере 160 долл. США. 

Сравнение чистой монополии и совершенной конкуренции позволяет нам сделать вывод, что при монополии излишек потребителя меньше, а излишек производителя больше, а общий излишек потребителя и производителя в чистой монополии меньше общего излишка в условиях чистой конкуренции.

Последнее положение отражает экономическую неэффективность монополии как следствие неиспользования ряда потенциальных преимуществ от торговли. Дело в том, что в этом примере с расширением производства с 4 до 7 единиц продукции выгоды как потребителей, так и производителей возрастают. Однако эти потенциальные выгоды остаются неиспользованными. Более того, они также никому не достаются. Чистые потери обозначены треугольником между кривыми спроса и предложения и линией, показывающей объем производства, соответствующий максимальной прибыли монополиста. Площадь этого треугольника символизирует ущерб, нанесенный агентам рынка из-за монопольной диктатуры.

Большинство чисто монополизированных отраслей в рыночной экономике имеют черты естественной монополии. В связи с этим возникает необходимость социального регулирования цен и тарифов на монополизированных рынках. 

Предположим, что монопольное предприятие несет высокие постоянные издержки, так что кривая спроса пересекает кривую средних затрат в точке, где средние затраты все еще падают.

В отсутствие рыночного регулирования монопольное предприятие, чтобы максимизировать прибыль, выбирает объем выпуска, равный Qm, по цене Cm. В результате монополист получает значительную экономическую прибыль, о чем свидетельствует превышение цены над средними общими затратами (сегмент ML). Однако этот уровень цен вызывает ограниченный спрос на товар или услугу, предлагаемые монополией.

Требование эффективного распределения ресурсов и более полного удовлетворения потребностей в том или ином продукте или услуге вынуждает правительственные учреждения устанавливать для монополиста верхнюю цену, равную предельным издержкам, в соответствии с социально оптимальными условиями продажи продукции. Эта цена является CK. При заданной административно установленной цене (Ck) монополист будет максимизировать прибыль или минимизировать потери, производя единицы продукции Qk, поскольку в новых условиях именно с этим выходом будет выполнено условие равенства Dpred (P) = Ipred. В этом случае мы сталкиваемся с ситуацией, когда при установлении цены происходит имитация условий и результатов чистой конкуренции, связанных с распределением ресурсов. Равенство Ck = Ipred указывает на эффективное распределение ресурсов для этого продукта или услуги.

В то же время социально установленная оптимальная цена может создать ситуацию, в которой цена, равная предельным издержкам, настолько низка, что средняя общая стоимость не покрывается. Эта ситуация показана на: кривая средних общих затрат (Isrtot) выше цены спроса (Cc). Такое навязывание регулируемой монополистом социально оптимальной цены означает для него потери в краткосрочной перспективе и банкротство в долгосрочной перспективе его деятельности.

Поэтому в этом вопросе очень важен сбалансированный подход к системе ценообразования на рынке монополиста, который обеспечил бы установление цены, включающей в себя «справедливую» прибыль. Предполагая, что валовые затраты включают нормальную или «справедливую» прибыль, цена должна соответствовать средней общей стоимости. В точке N кривая спроса и кривая средней стоимости пересекаются. Следовательно, цена Tsn гарантирует, что монополист получает справедливую прибыль.

Очевидно, что ценовое регулирование, каким бы оно ни происходило, может одновременно способствовать снижению цен и увеличению производства, а также сокращать экономическую прибыль монополиста.

Монополия, как мы видели, связана с целым рядом резко негативных последствий для экономики страны. Недостаточное производство, завышенные цены и неэффективное производство - это лишь верхушка айсберга монопольного злоупотребления. Те же самые причины, которые вынуждают клиента монопольной фирмы мириться с высокими ценами, заставляют их соглашаться с низким качеством продукции, ее устареванием (замедлением технического прогресса), отсутствием обслуживания и другими проявлениями пренебрежения интересами потребителей. У последнего все равно нет выбора.

Еще более опасен тот факт, что монополия полностью блокирует механизмы саморегулирования рынка. Плохие и дорогие продукты могут также появиться в не монополизированной отрасли. Но там такие эксцессы являются лишь временным эпизодом. Конкуренция быстро ставит все на свои места. Недобросовестный производитель либо меняет свое отношение к бизнесу, либо вытесняется с рынка конкурентами.

Всемогуществу монополиста из-за непреодолимых барьеров на пути к промышленности не угрожает даже в долгосрочной перспективе. Один рынок не может решить эту проблему. В этих условиях ситуацию может улучшить только государство, проводящее целенаправленную антимонопольную политику. Не случайно, что в наше время нет ни одной развитой страны (и Россия в этом смысле не является исключением), где не было бы специального антимонопольного законодательства и не было бы специального органа для контроля за его осуществлением.

В то же время реализация антимонопольной политики связана с рядом объективных трудностей. Чтобы понять их происхождение, на котором показана типичная кривая долгосрочных затрат для монопольной отрасли (LATC). Как уже отмечалось, отрасли, в которых можно создать монопольную структуру, характеризуются большим оптимальным размером предприятия, то есть минимум средних долгосрочных затрат достигается при очень больших объемах производства (Q0). Обозначим минимальную точку на кривой LATC буквой O и соответствующий уровень затрат P0. Монопольная фирма, максимизируя свою прибыль, сурово ограничит объем производства - до Qm.

В этом случае из-за неэффективности x монополиста затраты будут лежать не на кривой LATC, а гораздо выше (см. Точку M и соответствующий уровень затрат Pm). Конечно, эта ситуация, как с точки зрения производства, так и цен (затрат), далека от оптимальной и требует вмешательства правительства.

Представим, однако, что правительственные учреждения пытаются решить проблему демонополизации "лоб в лоб", насильственно разделив монополиста на множество мелких фирм. Это будет означать снижение объема производства каждой из этих фирм до уровня Qc. Но согласно кривой LATC, такой небольшой объем производства приведет к резкому увеличению затрат (до Pc). Напомним, что мелкосерийное производство в потенциально монопольных отраслях крайне неэффективно.

И это далеко не частный случай. Как правило, можно говорить о невозможности превращения монополизированной отрасли в отрасль совершенной конкуренции. Этот вид трансформации сдерживается эффектом масштаба. Даже если государство настаивает на своем и, несмотря на рост издержек, принудительно навязывает мелкое производство, искусственно созданные карликовые предприятия не будут конкурентоспособными на международном уровне. Рано или поздно они будут раздавлены иностранными гигантами.

По этим причинам прямая фрагментация компаний-монополистов в развитых странах с рыночной экономикой встречается довольно редко. Обычной целью антимонопольной политики является не столько борьба с монополистами как таковая, сколько ограничение монопольных злоупотреблений. Показан желаемый результат антимонопольной политики в точке R, которая близка к оптимальной позиции O как по объему производства, так и по ценам. Какие методы используются для «приручения» монополистов? Этот вопрос особенно важен в отношении естественных монополий.

Высокая экономическая эффективность естественных монополий делает их фрагментацию абсолютно неприемлемой. Это, однако, не означает, что государство может воздерживаться от регулирования естественных монополий. Ведь их неконтролируемая деятельность может нанести значительный вред.

Будучи монополистами, эти структуры пытаются решить свои проблемы, прежде всего, путем повышения тарифов и цен. Последствия этого для экономики страны самые разрушительные. Производственные затраты в других отраслях растут, неплатежи растут, а межрегиональные связи парализованы.

И это не абстрактная теория. Вся российская деловая пресса в последние годы была полна жалоб промышленных предприятий на завышенные железнодорожные тарифы, сверхбыстрый рост цен на энергоносители и т. д. В то же время естественный характер монопольного положения, хотя и создает возможности для эффективной работы , вовсе не гарантирует, что эти возможности будут реализованы на практике. Ведь существует механизм х-неэффективности. Действительно, теоретически оценивая действия РАО "ЕЭС России", его ликвидация в 2008 году может иметь более низкие затраты, чем несколько конкурирующих электроэнергетических компаний. Но где гарантия, что он хочет сохранить их как минимум. Основным способом борьбы с негативными аспектами естественных монополий является установление государственного контроля над ценообразованием товаров естественных монополий и / или за объемом их производства (например, путем определения круга потребителей, подлежащих обязательному обслуживанию). Ценовое регулирование деятельности естественных монополий предполагает обязательную фиксацию максимального значения цен на продукцию монополиста. Более того, последствия этой меры регулирования напрямую зависят от конкретного уровня, на котором будут установлены цены. 

Основным следствием установления максимальной цены с точки зрения поведения фирмы-монополиста является изменение кривой предельного дохода. Поскольку монополист не может надуть цену выше названного уровня, даже с теми объемами производства, где кривая спроса объективно позволяет это сделать, его кривая предельного дохода от позиции MR смещается к позиции MR1 (выделено на графике жирным шрифтом линия), которая совпадает с максимально допустимым значением цены PREG ... Действительно, если максимальная цена электроэнергии установлена ​​на 1 единицу. за кВт / ч, тогда каждый дополнительный проданный киловатт будет генерировать доход, равный этой сумме, и кривая предельного дохода выродится в горизонтальную прямую линию, проходящую на этом уровне.

Тогда вступает в силу правило MC = MR. Как и любая другая фирма, сам монополист без какого-либо государственного принуждения (что является главным преимуществом этого метода регулирования!) Будет стремиться довести объем производства до QREG, что соответствует пересечению кривых предельного дохода и предельных издержек.

Но описанный метод регулирования также имеет недостаток: установленный государством уровень цен не имеет ничего общего со средними затратами, то есть он может по воле государства обеспечить получение как экономической прибыли, так и понести убытки. Оба варианта нежелательны. Наличие естественного монополиста с постоянной экономической прибылью равносильно потребительскому налогу. Платя завышенные цены, они увеличивают свои расходы со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями (снижение спроса на свою продукцию, снижение конкурентоспособности и т. д.). Но еще опаснее, наверное, консолидация потерь. Естественный монополист может покрыть их в долгосрочном аспекте только за счет государственных субсидий, иначе он просто обанкротится. И это открывает широкие возможности для экстравагантности. Как только нет надежды на прибыль, так или иначе, и государство все равно покроет убытки, монополист может получить прибыль только разбазариванием государственных средств. Высокие зарплаты менеджерам, раздутые сотрудники, огромные расходы на гостеприимство - все это скрытые формы обогащения за счет казны. Другими словами, x-неэффективность в этом случае достигает самого высокого уровня.

Другим ориентиром для установления максимальных цен может быть пересечение кривой средних затрат и линии спроса (PREG = ATC = D). Поскольку средняя стоимость в этом случае точно равна отпускной цене, естественный монополист работает в этом случае без потерь или прибыли. Таким образом, основная проблема предыдущего метода регулирования устранена.

Этот подход к регулированию также решает проблему увеличения производства (QREG> QM) и снижения цен (PREG <PM). Однако правило MC = MR на этот раз действует против регулирующих органов. До точки пересечения кривой предельных издержек и новой кривой предельного дохода MR1 в связи с установлением цен правительством, увеличение производства выгодно для монополиста. Но после этой точки (N) каждый произведенный избыточный продукт вызовет больше затрат, чем принесет доход (MC> MR). Очевидно, что монополист попытается всеми правдами и неправдами остановить производство на уровне QN и не довести его до QREG. Поскольку спрос по цене PREG будет точно QREG, на рынке будет дефицит (QREG> QN).

Таким образом, второй подход к регулированию цен также не идеален. В чистом виде это вызывает нехватку товаров и поэтому требует дополнительных принудительных мер по отношению к монополистам. Наиболее распространенной из этих мер в современной России является составление списков потребителей, которые монополист не имеет права прекращать поставки.

В дополнение к регулированию цен реформа структуры естественных монополий может также принести определенные выгоды - особенно в нашей стране. Дело в том, что в России в рамках одной корпорации зачастую сочетаются как производство товаров естественных монополий, так и производство таких товаров, которые более эффективно производить в конкурентных условиях. Это объединение, как правило, вертикальная интеграция. В результате образуется гигантская монополия, представляющая всю сферу народного хозяйства.

РАО «Газпром», Министерство путей сообщения, являются двумя китами «российской монополии», яркими примерами таких объединений. РАО «Газпром» наряду с Единой системой газоснабжения России (т. е. Элементом естественной монополии) включает геологоразведочные, горнодобывающие, приборостроительные предприятия, проектные и технологические структуры, а также объекты социальной сферы (т. е. Потенциально конкурентные элементы). Министерство железных дорог отвечает за инфраструктуру - железные дороги, станции, информационные системы - и за не монопольную деятельность - подрядные и строительно-ремонтные организации, предприятия общественного питания. Целые города и города находятся на балансе министерства.

В отличие от естественной, искусственная (или предпринимательская) монополия развивается в тех областях, где один производитель не обладает повышенной эффективностью по сравнению с несколькими конкурирующими фирмами. Следовательно, создание монопольного типа рынка не является неизбежным для такой отрасли, хотя на практике оно может развиваться, если будущему монополисту удастся устранить конкурентов.

В случае искусственной монополии основным направлением регулирования является противодействие формированию таких монополий, а иногда даже уничтожение существующих. Для этого государство применяет широкий спектр санкций: это превентивные меры (скажем, запрещающие слияние крупных фирм), а также различные и зачастую очень большие штрафы за ненадлежащее поведение на рынке (например, за попытку сговора). с конкурентами) и прямая демонополизация, т.е. принудительное разделение монополиста на несколько независимых фирм.

Основой для реализации антимонопольной политики является наличие любого из двух основных признаков монополизации рынка, а именно:

  • или концентрация очень большой доли рынка в руках одной фирмы,
  • или переплетение ведущей компании с конкурентами.

При определении степени концентрации в конкретной отрасли государство обычно ориентируется на три показателя крупнейших компаний: размер оборота, численность работников и размер капитала. Наиболее важным из них с политической точки зрения является доля оборота фирмы на конкретном рынке, поскольку она показывает, какую часть общего предложения товаров концентрирует данная фирма.

Чтобы измерить долю рынка ведущих фирм, экономисты предложили ряд показателей. Наиболее распространенным из них является индекс Херфиндаля-Хиршмана (IHH).

Легко понять, что чем выше степень концентрации в отрасли, тем выше будет значение индекса. Таким образом, в условиях чистой монополии, когда все сто процентов рынка контролируется одной фирмой, она достигнет максимальных 10000 (так как 1002 = 10000). Если, скажем, в отрасли работает более десяти тысяч фирм одинакового размера (т.е. фактически сложились условия совершенной конкуренции), индекс упадет ниже единицы.

Обычно рынок считается безопасным с точки зрения монополизации при IHH <1000 (в США - с IHH <1400). По формуле 1 несложно посчитать, что это условие выполняется, если доля крупнейшей из фирм составляет менее 31%, двух крупнейших - 44%, трех - 54%.

Переплетение ведущей фирмы с конкурентами чаще всего осуществляется в трех формах: создание картеля, система участия, личный союз. Картель - это объединение фирм, которые согласны с их решениями о ценах и объемах продуктов, как если бы они были объединены в чистую монополию. Система участия проявляется в том, что ведущая фирма владеет частью капитала конкурирующих фирм. Или в том, что все основные конкуренты перекрестно владеют долями капитала друг друга. Фактически являясь совладельцами единого капитала, такие фирмы появляются на рынке как одно предприятие. Личный союз состоит в том, что одни и те же люди управляют разными конкурирующими компаниями.

Все формы переплетения конкурирующих фирм фактически имеют природу сговора, когда внешне конкурирующие компании в действительности действуют вместе, как правило, нанося ущерб потребителю. Именно поэтому они защищены законами большинства развитых стран рынка и России. Более того, за ряд нарушений, связанных с созданием картелей, во многих странах предусмотрена даже уголовная ответственность.

Ситуация осложняется государственным регулированием степени концентрации и размера фирм, существующих на рынке. С одной стороны, высокая концентрация доли рынка в руках одной фирмы способствует ее монополизации. Исходя из этого, государство должно стремиться не допустить чрезмерной концентрации и препятствовать созданию гигантских фирм. С другой стороны, только крупные предприятия могут в полной мере использовать положительные стороны эффекта масштаба и другие преимущества гигантов. С этой точки зрения, большой размер национальных компаний, напротив, способствует их высокой эффективности и поэтому должен поддерживаться государством.

В связи с описанным противоречием в практике проведения антимонопольной политики постоянно сосуществуют два подхода с их достоинствами и недостатками.

Поведенческий критерий применения санкций - государство применяет антимонопольные меры только в случае доказанных монопольных нарушений.

Поведенческий подход, в принципе, более тесно связан с целями антимонопольной политики, поскольку он направлен против реальных, а не потенциальных нарушений монополии. Когда оно применяется, шансы неоправданного наказания крупного предприятия, которое не допускает подобных нарушений в их практике, уменьшаются. Недостатком этого подхода является сложность его реализации на практике. Сказать, скажем, неоправданное монопольное завышение цен всегда очень сложно. Ведь для этого необходимо установить, что цена значительно превышает затраты.

А расходы монополиста:

  • может быть изначально очень большим из-за неэффективности х,
  • искусственно показано выше фактического уровня с использованием трудно проверяемых приемов бухгалтерского учета.

Следовательно, юридически на бумаге монопольная цена, скорее всего, не будет выглядеть слишком высокой по сравнению с затратами. Более того, даже если завышение цены доказано, как можно отделить нормальный рост цен из-за благоприятных рыночных условий от их искусственной инфляции самим монополистом?

Структурный критерий применения санкций заключается в том, что государство автоматически вмешивается, если фирма превышает определенную долю рынка, установленную законом.

В свою очередь, структурный подход легче применять: достаточно установить долю рынка конкретной фирмы, и автоматически становится ясно, следует ли применять против нее антимонопольные меры.

Но недостатком структурного подхода является неопределенность последствий его применения. Таким механическим способом легко уничтожить не только компании, которые злоупотребляют своим монопольным положением, но и эффективно управлять крупными фирмами, являющимися ядром национальной экономики.

Антимонопольная политика государств

Антимонопольная политика развитых стран

Традиционно американские и европейские модели антимонопольного законодательства различаются. Первый основан на принципе незаконности всех монополий с включением правил о недобросовестной конкуренции. Американская модель работает, помимо США, в Канаде, Японии, Аргентине. Что касается США, то выделяются следующие пять направлений вмешательства государства в деятельность монополий. Во-первых, их прибыль уменьшается за счет высоких налогов. Во-вторых, установлен контроль цен (для сдерживания инфляции и давления на высококонцентрированные отрасли). В-третьих, установлена ​​государственная собственность монополий. В-четвертых, существует государственное регулирование отрасли, которое позволяет регулирующим органам контролировать цены, объемы производства, а также вход и выход фирм из регулируемых отраслей. В-пятых, государство проводит специальную антимонопольную политику.

В Соединенных Штатах основная работа правительственного контроля над монополистической деятельностью осуществляется Антимонопольной секцией Министерства юстиции, которая уполномочена возбуждать судебные процессы против лиц, нарушающих антимонопольное законодательство. Помимо Министерства юстиции Федеральная торговая комиссия осуществляет государственный контроль за соблюдением антимонопольного законодательства. В то же время следует отметить, что основное бремя при проведении этих мероприятий ложится на федеральные суды и, прежде всего, на Верховный суд США, который оценивает законность или недействительность определенных ограничительных условий в договорах или методах экономическая деятельность. Дело в том, что эти законодательные положения и нормы сформулированы достаточно широко. Конгресс США оставил на усмотрение судебной власти решение о том, что представляет собой «попытка монополизации», «значительное снижение конкуренции на свободном рынке», «недобросовестные методы конкуренции» и т. д. Два главных государственных органа - Федеральный Торговая комиссия и антимонопольное подразделение Министерства юстиции также имеют широкие полномочия в этой области.

Давайте рассмотрим трансформацию средств и методов реализации антимонопольных мер в экономической жизни США с течением времени по следующему ряду ключевых вопросов: установление цен, слияние фирм и предприятий, ограничения в этой области, ценовая дискриминация.

Конкурирующие фирмы обязаны проводить независимую и независимую ценовую политику, и попытки любого рода сотрудничества в этом вопросе должны быть немедленно прекращены. Современная юридическая практика рассматривает установление цен как нарушение самого закона. Это означает, что судебным органам не нужно доказывать успех таких попыток или необоснованность определенной цены - достаточно доказать наличие соглашения о согласовании цен, чтобы выиграть дело. Более того, обвиняемых по этой статье закона нельзя защищать на том основании, что их действия могут повлечь за собой любые благоприятные последствия для экономической жизни.

Некоторые виды предпринимательской деятельности, такие как: соглашения об ограничении производства, разделение рынков сбыта, обмен информацией о ценах между конкурирующими предприятиями, также по своей сути близки к прямым соглашениям о ценообразовании, но суды в этом случае не всегда рассматривают такие действия как нарушение закона

Однако они оказались неэффективными и их трудно реализовать в экономической реальности. И только после ратификации поправки к нему (Закон о продавцах 1950 г.) контроль над слиянием фирм и предприятий стал возможен. Более того, этот вид деятельности стал важной частью антимонопольных программ правоохранительных органов. С того времени все такие операции были «нацелены» регулирующими органами. В дополнение к стандартным возражениям против практики горизонтальных слияний, в законе часто выступали против вертикальных слияний (то есть слияний фирм, имеющих отношения поставщик-покупатель, таких как автомобильная компания и концерн шин). Иногда были даже случаи конгломератных слияний различных фирм (то есть слияний фирм, работающих в непересекающихся сегментах рынка, таких как нефтяная компания и торговая сеть).

Это может быть частично объяснено некоторой трансформацией экономической теории, которая произошла за эти годы. Дело в том, что в настоящее время ведущие экономисты не в полной мере разделяют ранее сложившееся мнение о росте концентрации рынка как о вредном последствии для его функционирования. Более того, с точки зрения эффективности, слияния способны предоставить ряд потенциальных преимуществ. Теперь, общепринятый взгляд на перераспределение границ фирм и бизнеса, происходящий в рамках слияния, постулирует, что этот процесс может значительно сократить непроизводственные затраты и, кроме того, положительно повлиять на рыночный процесс с точки зрения предпринимательства. и повысить статическую эффективность процесса. Кроме того, слияние компаний и корпораций рассматривается сегодня как важный механизм, посредством которого акционеры могут влиять и каким-то образом «дисциплинировать» руководителей и членов совета директоров фирм и предприятий. И последнее: если раньше практика слияний рассматривалась исключительно в контексте внутренней экономической системы, то теперь она учитывает международную ситуацию и конкуренцию. Иногда слияние нескольких национальных компаний может только повысить их конкурентоспособность на мировом рынке, что приведет к росту, а не к снижению конкуренции на транснациональном уровне.

Ряд программных документов 1982-1984 годов, принятых министерством юстиции США, позволил осуществить такие меры в этой области, которые, без сомнения, были бы единогласно приняты ранее, не в духе и письмо антимонопольного законодательства.

Согласно данным о значениях индекса Херфиндаля-Хиршмана, который измеряет долю рынка ведущих фирм отрасли (см. Стр. 18), все отрасли экономики США делятся на три группы: с низкой уровень концентрации (если H - показатель составляет 1000 или менее), со средним уровнем концентрации (если H - показатель колеблется в диапазоне 1000 - 1800) и с высоким уровнем концентрации (если H - показатель превышает 1800).

Слияние фирм считается незаконным, если благодаря этому H-индекс увеличивается более чем на 100 в отраслях со средней концентрацией и более чем на 50 в отраслях с высокой концентрацией:

  • слияния менее легко признаются в отраслях, которые производят более однородные продукты;
  • слияния более легко признаются в отраслях, которые сталкиваются с наличием замещающих продуктов на рынке.
  • слияния более широко признаются в отраслях, где происходят активные и быстрые технологические изменения;
  • слияния менее легко принимаются в отраслях, где ранее были доказаны тайные соглашения между различными группами предпринимателей.

Постановление 1984 года разрешает объединение крупных фирм и корпораций, если «имеются четкие и убедительные доказательства повышения эффективности производства в этом случае, сокращения непроизводственных затрат или в случае неизбежного краха одной из фирм». Вертикальные и конгломератные слияния с меньшей вероятностью будут запрещены и децентрализованы, чем горизонтальные слияния фирм примерно одинакового размера. Однако ряд фактов может помешать этим процессам. К ним относятся: слияние, которое создает искусственные барьеры для входа на рынок: барьеры для новых фирм, чтобы ограничить конкуренцию с их стороны; Тенденции в тайных сделках и соглашениях о разделе рынка.

В этом случае заслуживают пристального внимания следующие вертикальные связи: соглашение о поддержании продажной цены продукта; исключительные права торговых организаций на продажу определенного вида товаров на рынке; договор купли-продажи товаров с обязательным (по выбору продавца) ассортиментом, территориальное разделение рынков.

Как и вертикальные слияния, концепция ограничения вертикальных связей включает в себя любое соглашение между поставщиком и потребителем. Они отличаются от горизонтальных ограничений (фиксирование цен, обсуждаемых в начале главы, в которой содержалось соглашение между прямыми конкурентами) весьма поразительным образом. Многие из вышеупомянутых ограничений на вертикальные связи были предметом судебного разбирательства на основе существующих антимонопольных законов, хотя эти попытки не всегда были успешными для сектора правосудия.

На практике нелегко преследовать в судебном порядке такие действия по закону, что подтверждается обширным опытом последних лет. Аналогичная ситуация возникает при анализе существующего территориального разделения рынка сбыта среди ритейлеров.

Кроме того, закон Клейтона запрещает продажу товаров ассортимента, если результатом этих мер является значительное снижение конкуренции.

При заключении эксклюзивных соглашений о продаже на рынке определенного вида товаров производитель товаров заручается поддержкой представителей торговой сети для продажи через эту сеть исключительно продукции этой конкретной компании. Эта практика очень хорошо зарекомендовала себя в ряде отраслей. Дело в том, что в настоящее время широко признано, что некоторые из этих мер часто имеют очень положительный эффект - они снижают непроизводственные затраты и усиливают контроль над экономической несправедливостью. Существует мнение, что покупатель не особенно боится какого-либо соглашения между производителями и розничными торговцами, пока существует институт конкурирующих производителей. В этих условиях некоторые производители могут принять одну рыночную стратегию - высокие цены, высокое качество услуг, в то время как другие будут использовать другой механизм - низкие цены, минимальные услуги. Реализация этих схем предоставляет покупателю широчайший выбор по элементам рынка.

Все изменилось только в 1936 году, когда поправка Робинсона-Патмана была передана в закон Клейтона. Его основная цель заключалась в том, чтобы запретить использование различных торговых скидок при отсутствии четких и недвусмысленных доказательств того, что эти скидки были отражены как реальные затраты и экономия на производстве, или как попытка соответствовать конкуренции.

Обратите внимание, что FTC и Министерство юстиции США имеют право инициировать судебные иски в соответствии с поправкой Робинсона-Патмана, хотя на практике это бремя полностью лежит на FTC; Нарушение положений поправки Робинсона-Патмана также предусматривает возбуждение исков физическими лицами и последующую компенсацию за причиненный ими ущерб. Реализация положений антимонопольного законодательства за рубежом осуществляется в административном, судебном или смешанном порядке. В последнем случае решения административных органов могут быть обжалованы в суде.

Европейская модель антимонопольного законодательства направлена ​​на борьбу с монополистическими злоупотреблениями и обеспечение контроля над монополиями. Правила недобросовестной конкуренции выделены в европейской модели как самостоятельная отрасль. Эта модель используется Великобританией, Францией, Австралией, Новой Зеландией и рядом других стран Западной Европы.

Наиболее сложная ситуация с государственным контролем над монополистической деятельностью сложилась в Великобритании. Особенности развития антимонопольного законодательства в Великобритании привели к созданию двух систем контроля над монополиями. В первом из них, основанном на законах о справедливой торговле и конкуренции, Управление по справедливой торговле, Комиссия по монополиям и государственный секретарь по торговле и промышленности играют ключевую роль. Вторая система контроля, предусмотренная законодательством об ограничительной торговой практике, отводит ключевую роль Суду по ограничительной практике. Бюро по справедливой торговле хранит различную информацию о злоупотреблениях доминирующим положением, информирует правительство о своих решениях и, при необходимости, инициирует следующее разбирательство: Картель заключает контракт с судом за ограничительную практику, инициирует разбирательство для установления и поддержания цен перепродажи. Следует также отметить, что деятельность Управления по определению политики в области конкуренции носит консультативный характер.

Основная задача Комиссии по монополиям и слияниям состоит в том, чтобы расследовать и сообщать о наличии (или возможности возникновения) монопольной ситуации или осуществлении слияния предприятий. В случае, если Комиссия по монополиям приходит к выводу о нарушении общественных интересов, государственный секретарь имеет право применять различные меры воздействия на правонарушителя: издавать приказы о расторжении договора, запретить поставку товаров, связывание сделок, дискриминации, запрета или ограничения слияний, разделения предприятий путем продажи какой-либо их части или любым другим способом).

Роль государственного секретаря по торговле и промышленности Великобритании в регулировании монополий и конкуренции очень важна. Поскольку выводы, содержащиеся в докладах Монопольной комиссии, носят рекомендательный характер, окончательное решение по вопросам монопольных ситуаций или антиконкурентной практики принимает государственный секретарь или другие министры. Кроме того, государственный секретарь уполномочен предоставлять исключения из законодательства об ограничительной торговой практике на основании экономической значимости соответствующих картельных контрактов.

В Германии основным органом, осуществляющим контроль над деятельностью предприятий с монопольным положением, является Федеральное управление по делам картелей, созданное в 1958 году.

В это ведомство входят Федеральное управление по картелям, Федеральный министр по экономическим вопросам и государственные органы. К ним присоединяется комиссия по монополиям, созданная для предоставления мнений о концентрации предприятий в Германии. Деятельность промышленных и профессиональных объединений по разработке правил конкуренции в своих отраслях может быть признана частным бизнесом как саморегулирование конкурентных отношений. Власти картеля могут проводить административные разбирательства, административные штрафы или расследования в отношении предприятий, картелей, промышленных или профессиональных ассоциаций. В ходе административного производства решаются вопросы разрешения или запрещения картельных соглашений, признания недействительными соглашений о слиянии и запрещения незаконного поведения предприятий, доминирующих на рынке.

Работу по антимонопольному регулированию во Франции возглавляет министр экономики при содействии Совета по конкуренции (16 человек, срок полномочий - 6 лет). Совет является государственным органом, который подотчетен министру и тесно сотрудничает с судебной системой. Совет имеет постоянные комиссии (по конкретным вопросам). Министры соответствующих отраслей вовлечены в решение вопросов концентрации производства и сбыта продукции. В стране также существует Национальный совет потребителей, который защищает права потребителей. Иски в гражданские или коммерческие суды могут быть поданы любым лицом с законным интересом, прокуратурой, министром экономики, а также председателем Совета по конкуренции. Таким образом, антимонопольная политика во Франции проводится как специальными органами, так и организациями, которые напрямую не занимаются этими вопросами, но сотрудничают со специальными антимонопольными органами по ряду проблем. Правительству следует обратиться за советом к Совету по любым новым законопроектам, касающимся возможных ограничений доступа к определенным профессиям или рынку, установления исключительных прав, установления цен или заключения контрактов по единым правилам. Совет имеет право принимать защитные меры в отношении определенных хозяйствующих субъектов, испытывающих давление со стороны монополизированных структур.

Важной частью контроля является проверка экономической концентрации на рынке. По инициативе министра экономики Совет по конкуренции может проверить любую концентрацию предприятий, которая может нанести вред.

Антимонопольная политика в России: проблемы и перспективы

К особенностям процесса монополизации экономики современной России относятся:

  • вовлечение исполнительных органов государственной власти в процесс обретения монопольным положением отдельных субъектов хозяйствования, что остается «зачатком» системы административного управления;
  • деформированный характер конкуренции в отечественной промышленности, проявляющийся:
  1. при поддержке неформальных связей - тенденция к слиянию крупного бизнеса с государственными органами в форме совместной собственности,
  2. при предоставлении государством льгот и привилегий отдельным (в том числе неэффективным) предприятиям,
  3. в существующей нестандартной деловой этике, которая допускает прямой обман, криминальное давление на конкурентов;
  • локализация региональных рынков, сохранение территориальных монополий и, как следствие, появление дополнительных источников монополизации на региональном уровне, обусловленные изоляцией регионов современной России как субъектов федерации, высокими транспортными издержками, недостаточной мобильность ресурсов и неразвитая инфраструктура
  • высокие административные барьеры, которые усиливают регионализацию и локализацию товарных рынков.

Монопольная структура российской экономики является наследием советской системы планирования. В СССР крупные отрасли промышленности создавались по принципу близости к рынкам или источникам сырья. Конкуренция просто не была проблемой. В начале 90-х годов на волне приватизации предприятия были разделены. И в конце прошлого десятилетия и в начале этого, во время второй и третьей волны перераспределения собственности, начали создаваться крупные холдинги и финансово-промышленные группы. Более того, количество крупных компаний постоянно растет. К ним теперь относятся не только горнодобывающие, металлургические или энергетические холдинги, но и машиностроительные, перерабатывающие предприятия и т. д. И не только на федеральном, но и на региональном уровне. Вспомним начало 2008 года, когда цены на хлеб начали расти. Оказалось, что рынок зерна в стране был захвачен посредническими структурами монопольно-криминального типа. Затем мировые цены на зерно выросли, и наши оптовики начали повышать внутренние цены. И это уже проблема продовольственной безопасности страны.

Конечно, создаваемые сейчас государственные корпорации по определению должны быть крупными предприятиями, чтобы они могли на равных конкурировать на мировом рынке. В этом смысле Россия следует мировым тенденциям. Следует отметить, что восстановление крупных предприятий в России подготовило основу для финансовой стабилизации со стороны реального сектора, а не только со стороны макроэкономического регулирования. Именно крупные корпорации стали основой экономического роста, который мы наблюдаем в последние годы.

В отсутствие развитой системы антимонопольного регулирования и конкурентной политики, которая культивируется в развитых странах на протяжении двух веков, мы видим рост монопольных отношений в нашей экономике. В России монополия носит классический характер, что выражается в монопольных ценах, картельных сговорах, уклонении от уплаты налогов, переводе капитала за границу, нарушениях валют и т. д.

Монополия является одной из причин роста инфляции. Все усилия по снижению инфляции сводятся на нет, потому что именно монополии, и в первую очередь естественные, ускоряют динамику цен. Расчеты экспертов показывают, что в последние два-три года рост инфляции зависит не столько от монетарных факторов, сколько от роста тарифов естественных монополий. Это продолжается во время кризиса, который начался в 2008 году. Хотя цены производителей первоначально упали, потребительские цены продолжают расти. Вот последние данные Росстата. В ближайшее время ожидается рост цен на промышленные товары. Российская промышленность очень энергоемкая (ее энергоемкость почти в три раза выше, чем в странах ЕС), поэтому повышение цены одного из ингредиентов сразу приводит к повышению цены на конечный продукт. В производстве и распределении электроэнергии, газа и воды цены в январе выросли на 7,9% по сравнению с январем 2008 года. Кроме того, необходимо учитывать решение правительства о повышении тарифов на услуги естественных монополий на квартал. По темпам роста инфляции и расходам на конечное потребление Россия является лидером. По данным Росстата, в России наблюдается самый высокий рост потребительских цен среди одиннадцати экономически развитых стран - 13,3% в 2008 году.

Инфляция в странах ЕС колеблется от 3% (Великобритания) до 1% (Франция). В то же время в Соединенных Штатах, которые пострадали первыми и с наибольшей силой от кризиса, дефляция произошла в конце прошлого года, то есть потребительские цены упали на 0,1%. Высокая инфляция спровоцировала рост расходов россиян на конечное потребление. Поэтому неудивительно, что по этому показателю наша страна стала лидером с увеличением расходов на 12,4% в III квартале 2008 г. по сравнению с аналогичным периодом 2007 г. Примечательно, что в европейских странах и в В США было отмечено снижение расходов, в Японии они выросли очень незначительно (на 0,6%), и только в Канаде произошло увеличение на 3,1%. Монополия стала тормозом экономического развития. По данным журнала «Эксперт», производительность труда выросла за последние пять лет (с учетом инфляционного роста цен) всего на 5%. Причем заработная плата выросла в 3,1 раза (причем рост происходит в основном в монопольном секторе). Разрыв колоссальный. По эффективности производства мы отстаем от мировых конкурентов: от американских корпораций - в 4 раза, от европейских - в 3 раза, от китайских - в 1,6 раза. Хотя пять лет назад мы конкурировали с китайцами на равных. А в разрезе отраслей этот разрыв варьируется от 2 до 8 раз. В отечественном машиностроении и на транспорте производительность труда составляет чуть более 10% от среднего значения рейтинга Fortune Global-500. Это тот баланс, который мы получили от монополизации экономики.

В России монополия сильно завалена теневыми и криминальными отношениями. Монополия возникает там, где коррумпированное правительство сливается с преступностью. Это вдвойне опасно, поскольку ведет к росту экономической преступности. Сегодня мы вполне можем говорить о монопольно-криминальном диктате и криминально-террористической конкуренции. Криминальный террор, который мы наблюдаем сейчас, является одной из форм конкуренции. Конкуренция между пластидой и тринитротолуолом, публичные казни - очень распространенная практика монопольных отношений в нашей стране.

Монополии усиливают социальную дифференциацию. Сегодня в России 15% крупных монопольных корпораций владеют 85% собственности, а 85% других экономических агентов остаются только 15%. Такое социальное неравенство в мире считается взрывным. Эта проблема уже связана с национальной и экономической безопасностью. Монополия стала одним из факторов экономического кризиса в России. Мы все ожидали, что за девять лет (с 1999 года) нефтяного процветания мы накопили много денег, которые помогут легко справиться с кризисом. Но дело в том, что один из мощных импульсов кризиса в нашей стране был обеспечен именно монополией.

Деньги на Западе были дешевле, чем в России, и крупные монопольные структуры собирали кредиты на такую ​​колоссальную сумму, что практически дублировали государственный долг России. В то же время никто не знает, были ли деньги одолжены при каких-либо условиях или как они были потрачены. Когда западный мир из-за финансового кризиса прекратил предоставлять кредиты нашим монополиям, это отрицательно сказалось на их ликвидности. От этого начала разворачиваться спираль кризисных явлений. Мы постепенно вползли в системный финансовый кризис, а затем в фундаментальный кризис, связанный с рецессией. И, далее, мы вступили в экономический кризис. Надо сказать, что решающую роль в этом сыграли монополии и монополия. Сейчас мы сжигаем наши бюджетные ресурсы и наши международные резервы. Но как долго они будут длиться?

Причем первыми получателями этих средств являются все те же крупные монопольные структуры. Они перегоняют эти средства в доллары на валютном рынке и отправляют их за границу. По словам премьер-министра Владимира Путина, 130 миллиардов долларов покинули страну - и это именно тот антикризисный ресурс, на который рассчитывало правительство. Это деньги, которые государство дало из своих резервных фондов. Они прокачали валютный рынок и ушли на Запад. Рассмотрим Великую депрессию и президента Рузвельта. Одной из основных мер по борьбе с кризисом стала демонополизация американской экономики. Сначала правительство действовало мягко, потому что бизнес был заинтересован в антикризисных мерах Рузвельта. Но затем, когда ужесточилась антимонопольная политика, государство вступило в конфликт с крупными корпорациями. Рузвельту не удалось полностью решить проблему демонополизации экономики, но принятые меры во многом способствовали выходу Америки из кризиса. Начало системы антимонопольного регулирования было положено еще в 1988-1989 годах, когда готовился первый пакет антимонопольных законов для советской экономики. Но они не успели их представить, потому что советское правительство приказало долго жить.

В 1990-х годах была принята новая серия антимонопольных законов. Они были направлены на разделение предприятий, деконцентрацию производства. Но эти законы касались только товарных рынков. И, конечно, они были слабыми, особенно в условиях финансовой свободы, которая процветала тогда. В условиях мощной теневой экономики они не дали ожидаемого от них эффекта. Принятие пересмотренных антимонопольных законов в 2006 году стало очень важным шагом вперед. Это более прагматичное законодательство, касающееся широкого круга объектов и субъектов экономики. В новом издании серьезный концептуальный аппарат уже разработан. Но есть одна проблема, которая сегодня не дает возможности выстроить эффективную конкурентную политику и антимонопольное регулирование. Мы построили его в соответствии с целями и приоритетами экономической политики. Формирование независимой конкурентной политики, по сути, только начинается в нашей стране. Дело в том, что Федеральная антимонопольная служба не имеет достаточного статуса для самостоятельной политики. Не так давно у нас было министерство антимонопольной политики. А сейчас - Федеральная служба. Это явный рейтинг. Отсутствует в случаях, когда антимонопольные нарушения совершаются властями. Согласно нашим исследованиям, 22% нарушений антимонопольного законодательства происходят в региональных и муниципальных структурах. Другая наша проблема в том, что мы разделили функции Федеральной антимонопольной службы и Федеральной службы по тарифам. То есть одна услуга контролирует цены, другая - антимонопольную политику. И то, что нужно, - это единый сервис, который имел бы базу данных, полную информацию о монопольных ценах, монопольных схемах и механизмах получения монопольных сверхприбылей, мог бы четко контролировать состояние конкурентной среды в экономике. Кроме того, Федеральная антимонопольная служба должна иметь возможность проводить антимонопольные расследования. Кроме того, эти исследования не могут быть ограничены маржинальными долями рынка. По определению, это сложные финансовые и ценовые расследования, которые позволяют выявить весь спектр монопольных злоупотреблений и преступлений, направленных на получение незаконных сверхприбылей. У нас есть такое уникальное учреждение, как Федеральная таможенная служба. Его деятельность сосредоточена на задачах таможенного регулирования, таможенного контроля и части правоохранительных функций - оперативных и следственных. Поэтому здесь выстраивается целая цепочка, по которой можно регулировать отношения с точки зрения экономической безопасности, выявлять и предотвращать правонарушения. Эта ФТС всегда имеет под рукой связь между таможенной политикой и таможенным контролем. «И к тому же, если обнаружатся признаки экономической преступности, таможенные« оперативники »и таможенные следователи всегда готовы. То есть оперативные функции помогают предотвращать и пресекать таможенные нарушения. В ФАС России таких структур нет. Глава ФАС Игорь Артемьев часто говорит, что для того, чтобы раскрыть картельный заговор, сначала необходимо выполнить ряд оперативных шагов. Например, необходимо захватить документы - а это неотъемлемая часть оперативной и официальной работы. Требуются следственные действия. во время которого выявляются и доказываются нарушения антимонопольного законодательства. Наша антимонопольная служба не имеет таких функций. Например, в США и Голландии именно такие органы выполняют функции так называемого «расширенного расследования». Это позволяет самой службе доказать факт нарушения и передать дело в суд.

Эта совокупность факторов объясняет, почему, несмотря на довольно солидный прогресс, мы не можем повернуть головы к этой высокомерной, откровенно шумной монополии. Справедливости ради следует сказать, что сотрудничество между антимонопольной и правоохранительной службами улучшается. Министерство внутренних дел России совместно с ФАС России отслеживает ситуацию с угрозами картельных соглашений во всех регионах. Например, в Ростовской области была выявлена ​​сеть производителей, поставщиков и заправщиков авиационного топлива. Выяснилось, что они отказались покупать топливо у других нефтяных компаний по более низкой цене, установили монопольно высокие цены и тем самым нанесли значительный ущерб авиаперевозчикам. По данному факту возбуждено уголовное дело по ст. 178 УК РФ. Совместная работа МВД и ФАС будет продолжена. И в первую очередь - о ценовой политике крупных производителей и продавцов основных продуктов питания. Но это требует некоторых изменений в антимонопольном и уголовном законодательстве. Сейчас работает группа представителей ФАС и МВД, которая готовит предложения по применению статьи 17.1 Федерального закона «О защите конкуренции» и поправок к статье 178 Уголовного кодекса Российской Федерации. Они направлены на предотвращение и подавление соглашений и согласованных действий субъектов предпринимательства, которые ограничивают конкуренцию.

В нашей стране финансовая политика направлена ​​на ограничение денег. Высокая ставка рефинансирования ограничивает возможности кредитования. В условиях кризиса во всех странах ставка рефинансирования максимально снижается. В нашей стране, наоборот, оно растет. Именно такая политика подталкивает предпринимателей к монополии высоких цен и противодействию конкуренции. Самое главное, чтобы наша конкуренция действительно развивалась, нам нужен избыток товаров на рынке. В условиях скудной экономики никогда не будет конкуренции, независимо от того, сколько заводов и заводов построено. Когда товаров мало, покупатель берет все, что они дают. Есть фундаментальные вещи, которые необходимы для развития конкуренции. Первое - это улучшение институциональной системы. У нас не было ни одного примера корпоративного срыва в суде. На Западе, особенно в США, это делается, в нашей стране - никогда. Напротив, мы знаем прямо противоположный пример: с разрешения властей мы получили одного производителя алюминия. То есть нам нужна экономическая политика, направленная на развитие конкурентных отношений. Необходимо облегчить выход на рынок новых компаний, создать возможности для выхода существующих компаний в другие регионы. Региональные рынки сейчас практически закрыты. Это один из факторов, препятствующих конкуренции. И если не будет конкуренции, не будет роста производительности труда. А рост производительности потребует, в свою очередь, новых работников. Поэтому необходимо реанимировать систему профессиональной подготовки персонала. Нам нужно действительно бороться с коррупцией. Если будет коррупция, то по всем другим показателям в экономике вообще ничего не будет. Потому что монополия выгодна не только индивидуальным предпринимателям, но и властям, которые о них заботятся. Но, конечно, это замедляет общее движение экономики вперед.

Основная проблема и трудность заключается в специфике монополии, унаследованной от социалистической эпохи: русских монополистов по большей части нельзя демонополизировать путем сокращения. На Западе демонополизация гигантских предприятий возможна путем разделения их на части, потому что их монополисты были сформированы путем слияния и поглощения независимых фирм. Последнее, по крайней мере, теоретически, может быть восстановлено как независимые компании. Российские монополисты, напротив, были сразу построены как единый завод или технологический комплекс, который в принципе не мог быть разделен на отдельные части без полного уничтожения.

Существует три основных способа снижения степени монополизации: 1. прямое разделение монопольных структур; 2. иностранная конкуренция; 3. создание новых предприятий.

Как уже упоминалось, возможности первого пути в российской реальности сильно ограничены. Один завод нельзя разделить на части, и практически нет случаев, когда производитель-монополист состоит из нескольких заводов одного профиля. Тем не менее, на уровне надфирменных структур - бывших министерств, центральных администраций, а также региональных властей - эта работа уже частично выполнена, а частично может быть продолжена, что принесет пользу в уменьшении степени монополизации. Дело в том, что еще одним специфическим российским типом монополии является диктатура ведомств и государственных органов, которые продолжают активно вмешиваться в деятельность предприятий в наше время. Они не имеют формальных юридических прав на это - предприятия находятся в частной собственности. Но у властей есть реальные рычаги давления. Например, они вполне могут помешать стороннему производителю войти в отрасль с помощью штакетника с инструкциями и заказами.

Второй путь - внешняя конкуренция - был, вероятно, самым действенным и действенным ударом по внутренней монополии. Когда рядом с продуктом монополиста на рынке появляется импортный аналог, превосходящий по качеству и сопоставимый по цене, все монопольные злоупотребления становятся невозможными. Монополист должен думать о том, как вообще не быть вытесненным с рынка. Беда в том, что из-за необдуманной денежно-кредитной политики таможенная конкуренция во многих случаях оказалась чрезмерно сильной. Вместо того, чтобы ограничивать злоупотребления, он фактически уничтожил целые отрасли. Очевидно, что использование такого сильнодействующего агента должно быть очень осторожным. Импортные товары, несомненно, должны присутствовать на российском рынке, являясь реальной угрозой для наших монополистов, но не должны превращаться в повод для массовой ликвидации отечественных предприятий.

Третий путь - создание новых предприятий, конкурирующих с монополистами, - предпочтительнее во всех отношениях. Это устраняет монополию, не разрушая монополиста как предприятие. Более того, новые предприятия всегда означают рост производства и новые рабочие места. Проблема в том, что в современных условиях из-за экономического кризиса в России мало отечественных и зарубежных компаний, готовых инвестировать в создание новых предприятий. Тем не менее, государственная поддержка наиболее перспективных инвестиционных проектов может дать определенные сдвиги в этом отношении даже в условиях кризиса. Неслучайно, несмотря на ужасную серьезность финансовых проблем, так называемый бюджет развития недавно был выделен в рамках центрального бюджета, в который средства направляются на поддержку инвестиций.

В перспективе все три способа снижения степени монополизации российской экономики, несомненно, будут использованы. Однако описанные огромные трудности в продвижении по ним заставляют прогнозировать, что в ближайшее время экономика нашей страны сохранит в высшей степени монополизированный характер. Тем более важным в этих условиях является текущее регулирование деятельности монополий.

Реформируя российских монополистов, следует также учитывать их положение в международном соревновании. Например, РАО «Газпром» является крупнейшей международной корпорацией. Его реструктуризация может подорвать позиции России на мировом газовом рынке. В целом очевидно, что реформы структур, в том числе в сфере естественных монополий, должны проводиться поэтапно, с большой тщательностью и анализом каждого этапа трансформации.

Наконец, еще одна сложная проблема естественных монополий связана с их статусом: должны ли эти компании быть государственными или частными? Истоки этой проблемы связаны с тем, что естественные монополии, как мы видели, являются очень специфическим субъектом экономики, который никогда не функционирует в соответствии с чисто рыночными принципами. Если естественные монополии исключают конкуренцию; если цена и объемы производства определяются не игрой рыночных сил, а произвольностью монополиста или решениями государства; если многие другие механизмы функционирования рынка нарушаются. Если все это так, то не лучше ли управлять естественными монополиями не как частными, а как государственными предприятиями?

Экономика не выбрала однозначного ответа на этот вопрос. Во многих развитых рыночных государствах естественные монополии находятся в национальной собственности, но не меньше стран, где они являются частными.

Обычные аргументы в пользу национализации связаны с тем, что государственному предприятию легче проводить государственную политику в отношении цен, тарифов, объемов производства и тому подобного. (напомним, что регулирование этих параметров неизбежно в любом случае - в частной, в государственной собственности). Кроме того, государственная собственность исключает монопольные злоупотребления с целью обогащения собственников. Проще говоря, когда частный монополист будет вытеснять каждую копейку из потребителей ради своей прибыли, государственный монополист с большей вероятностью займет умеренную позицию. В конце концов, прибыль ни в коем случае не является его главной целью. Если естественный монополист убыточен, то совершенно непонятно, что может удержать частный капитал на таком предприятии.

Аргументы против национализации связаны со страхами снижения эффективности естественного монополиста. Без необходимости в первую очередь концентрироваться на коммерческом успехе, директор такой компании превращается в чиновника. И он с готовностью выполняет любые, самые нелепые указания, если только они соответствуют пожеланиям властей. На государственном предприятии растут и зависимые настроения: не стоит бояться потерь, все будет покрываться за счет бюджета. Наконец, возрастает опасность коррупции: слишком большие суммы в правительстве, т. е. «Никому лично», деньги идут через кассы монополиста. Учитывая сложный характер коммерческой деятельности таких фирм, может быть трудно отслеживать эти деньги.

Таким образом, у обеих сторон есть серьезные аргументы. На практике проблема прав собственности чаще всего решается в духе национальных традиций. Страны с государственным менталитетом предпочитают национализацию естественных монополий. В странах с сильными индивидуалистическими традициями, напротив, они стремятся к частной собственности.

Как показывают зарубежные исследования, эффективность политики поддержки конкуренции находится в обратной зависимости от степени политизации соответствующего органа. В связи с этим важно отметить существенную зависимость ФАС России от политического курса правительства. Таким образом, глава ФАС назначается и освобождается от должности Президентом Российской Федерации, а его заместители назначаются Правительством Российской Федерации. Политическая зависимость антимонопольного органа может снизить эффективность решений, принимаемых в пользу политических целей, хотя она может также сопровождаться более гибким подходом к другим типам экономической политики, проводимой в рамках того же основного политического курса.

Любое, даже произвольно разработанное, антимонопольное законодательство не лишено недостатков. Р. Крэндалл и К. Уинстон суммировали некоторые проблемы, связанные с неэффективностью антимонопольной политики, независимо от специфики национального законодательства, а также механизмов, обеспечивающих его соблюдение.

Среди них:

  • слишком длительная судебная тяжба в антимонопольных делах (проблема дисконтирования эффектов, особенно в специфических для времени типах сделок);
  • большие трудности в определении мер, которые предотвратили бы негативные последствия монополизации, что отчасти связано с проблемной идентификацией соответствующих шагов для конкретного случая;
  • значительные затраты на дифференциацию слияний (транзакций экономической концентрации), которые повышают эффективность использования ресурсов, и слияния, ограничивающие конкуренцию, приводящие к снижению благосостояния потребителей;
  • трудности, связанные с разработкой и реализацией мер антимонопольного регулирования в условиях «новой экономики», которая характеризуется динамичной конкуренцией, быстрыми технологическими изменениями, высокой ценностью интеллектуальной собственности;
  • значительное влияние политического компонента на случаи, связанные с нарушением антимонопольного законодательства (в том числе с нарушением закона);
  • не очень широкое поле для антимонопольной политики, учитывая силу рынков в продвижении конкуренции и блокировании антиконкурентных злоупотреблений.

Целью антимонопольного законодательства является предотвращение действий, ограничивающих конкуренцию. Но в аспекте развития антимонопольного законодательства есть свои особенности. Во-первых, само понимание конкуренции и, следовательно, антиконкурентных действий допускает различные толкования. Если мы используем понимание конкуренции исключительно как «процесс открытия новых способов использования ограниченных ресурсов», то многие действия, признанные незаконными в большинстве стран, будет трудно классифицировать как антиконкурентные. Возьмем, к примеру, отказ оператора-монополиста газопровода разрешить независимому поставщику газа использовать трубопровод. Строго говоря, монополист не создает препятствий для строительства альтернативного газопровода или изобретения альтернативного способа транспортировки газа, поэтому это действие нельзя назвать антиконкурентным. Во-вторых, экономические практики, оказывающие негативное влияние на конкуренцию, разнообразны, поэтому законодатель вынужден сгруппировать возможные антиконкурентные действия. Закон не может содержать исчерпывающий список всех возможных действий участников рынка, и поэтому органы, применяющие закон, всегда сталкиваются с трудной проблемой определения поведения продавцов.

В-третьих, деловая практика, которая оказывает негативное влияние на конкуренцию, может одновременно оказывать положительное влияние на эффективность. Таким образом, соглашение между компаниями о совместных исследованиях и разработках и их последующем использовании, безусловно, может не только повысить эффективность инвестиций в разработку, но и ограничить конкуренцию на рынке готовой продукции. Пример вертикальных лимитирующих контрактов не менее показателен. Например, установление в договоре цены перепродажи производителя может ограничить конкуренцию, но может также стимулировать неценовую конкуренцию между участниками рынка. Таким образом, антимонопольное законодательство в большинстве случаев предусматривает сравнение антиконкурентного воздействия деловой практики с положительным влиянием этой практики на эффективность в рамках так называемого «сбалансированного подхода», а не применения закона «по буквам».

Вывод:

Изучив предложенную тему, следует отметить, что основной негативной стороной монополизации экономики является избыточная власть монопольных фирм. Торговая сила - это способность влиять на цену продукта. Цель антимонопольной политики состоит в том, чтобы помешать фирмам получить неограниченную рыночную власть, расширить конкуренцию и сделать ее неценовой. В России на данном этапе проблема монополизации перестала быть чисто экономической и становится все более политической. Однако общеизвестно, что экономика, прежде всего, не должна иметь политической принадлежности. И только тогда государство сможет полностью заменить складывающиеся десятилетиями монополии свободным и самоорганизующимся рынком. В этой курсовой работе мы рассмотрели основные причины возникновения монополий; Особенности современной монополизации экономики. Подводя итог, можно охарактеризовать антимонопольное законодательство и антимонопольную политику России как необходимые атрибуты структурных преобразований во всех сферах экономики страны. Несомненно, в некоторых случаях (но только в небольшой части их общего количества) существование монополии оправдано и необходимо, но государство должно жестко контролировать эти процессы, чтобы не допустить злоупотребления своим монопольным положением. Есть еще одна проблема, которая заключается в том, что отраслевая монополия, которая складывалась десятилетиями, не может быть быстро заменена свободным и самоорганизующимся рынком, потому что установление конкурентных отношений - это не разовое мгновенное действие, а долгая, сложный процесс, и для значительного числа предприятий он катастрофичен. Конечная цель состоит в том, чтобы на рынке остались только те предприятия, которые будут предоставлять более качественный продукт или услугу, относительно более низкие цены и своевременную смену ассортимента.

В целом антимонопольная политика в принципе не должна сводиться к мгновенным реакциям на отдельные нарушения - завышению цен на бензин или хлеб. Антимонопольное регулирование должно действовать через мотивацию, интересы бизнеса. Мы еще не разработали такую ​​культуру антимонопольного регулирования. Даже если исходить из того, что угроза антимонопольных санкций для бизнеса, уже оказывает серьезное влияние на интересы. Либо владелец ведет бизнес цивилизованно, либо он постоянно находится под дамокловым мечом антимонопольных санкций, которые могут разрушить бизнес. Но это возможно при постоянном диалоге антимонопольной службы и бизнеса. Если предприниматель уверен, что правительство постоянно «следит» за рынком и сурово наказывает тех, кто нарушает законы, что сам «слуга честной и свободной конкуренции» нетлен и чист перед законом, то для работы формируется соответствующая мотивация. честно, играй по правилам и получай свою легальную прибыль.

В заключение можно также сказать, что разразившийся в настоящее время глобальный кризис является идеальным моментом для начала процесса диверсификации российской экономики. Уже ясно, что государство не может зависеть от двух-трех крупных банков и пяти-шести нефтегазовых компаний. Это слишком ненадежная и взрывоопасная структура экономики. Высокий уровень монополизации и открытая сырьевая ориентация российской экономики являются основой для внутренних кризисов и чрезмерного реагирования на внешние негативные явления, происходящие в мировой экономике, а также гарантируют вечное отставание развития России от Запад и многие азиатские государства.